«Я не писал вам с последней почтой, любезный князь, желая сперва решить, что мы сделаем с Хаджи-Муратом, и чувствуя себя два-три дня не совсем здоровым.
Я ему объявил, что для нас еще лучше, если он будет выезжать с нашим конвоем, а то Шамиль станет разглашать, что мы держим Хаджи-Мурата взаперти; но при этом я взял с него обещание, что он никогда не поедет в Воздвиженское, так как мой сын, которому он сперва сдался и которого считает своим кунаком (приятелем), не начальник этого места, и могли бы произойти недоразумения.
Увидев Татьяну, он сперва, по обыкновению, с ласковым мычанием закивал головой; потом вгляделся, уронил лопату, вскочил, подошел к ней, придвинул свое лицо к самому ее лицу…
На её месте сперва решили строить огромное административное здание, затем типичный европейский город – уютные улицы с кафе и музеями, дома не выше пяти этажей.
Если мы хотим что-то изменить в своём ребёнке, нужно сперва подумать и разобраться, не лучше ли будет измениться самим.
На её месте сперва решили строить огромное административное здание, затем типичный европейский город – уютные улицы с кафе и музеями, дома не выше пяти этажей.
– Да не суетитесь вы так! Давайте сперва разберёмся в ситуации!