Неточные совпадения
Пройдя мимо вытянувшихся камер-лакеев
в свою
комнату, сбросив тяжелый мундир и надев куртку, молодой
царь почувствовал не только радость освобождения, но какое-то особенное умиление от сознания свободы и жизни, счастливой, здоровой, молодой жизни и молодой любви.
Спутник опять прикоснулся к голове
царя, опять он потерял сознание и когда очнулся, то увидал себя
в небольшой
комнате — это был пост, — где на полу лежал труп человека с седеющей редкой бородой, горбатым носом и очень выпуклыми, закрытыми веками глазами, руки у него были раскинуты, ноги босые, с толстым, грязным большим пальцем, ступни под прямым углом торчали кверху.
В беспокойстве он встал и вышел
в соседнюю
комнату. Там старый придворный, сотрудник и друг его покойного отца, стоял посредине
комнаты, разговаривая с молодой царицей, шедшей к своему мужу. Молодой
царь остановился с ними и рассказал, обращаясь преимущественно к старому придворному, то, что он видел во сне, и свои сомнения.
Неточные совпадения
Комната служила, должно быть, какой-то канцелярией, две лампы висели под потолком, освещая головы людей, на стенах — ‹документы›
в рамках, на задней стене поясной портрет
царя.
«Взволнован, этот выстрел оскорбил его», — решил Самгин, медленно шагая по
комнате. Но о выстреле он не думал, все-таки не веря
в него. Остановясь и глядя
в угол, он представлял себе торжественную картину: солнечный день, голубое небо, на площади, пред Зимним дворцом, коленопреклоненная толпа рабочих, а на балконе дворца, плечо с плечом, голубой
царь, священник
в золотой рясе, и над неподвижной, немой массой людей плывут мудрые слова примирения.
Она величественно отошла
в угол
комнаты, украшенный множеством икон и тремя лампадами, села к столу, на нем буйно кипел самовар, исходя обильным паром, блестела посуда,
комнату наполнял запах лампадного масла, сдобного теста и меда. Самгин с удовольствием присел к столу, обнял ладонями горячий стакан чая. Со стены, сквозь запотевшее стекло, на него смотрело лицо бородатого
царя Александра Третьего, а под ним картинка: овечье стадо пасет благообразный Христос, с длинной палкой
в руке.
Лежа
в постели, Самгин следил, как дым его папиросы сгущает сумрак
комнаты, как цветет огонь свечи, и думал о том, что, конечно, Москва, Россия устали за эти годы социального террора, возглавляемого
царем «карликовых людей», за десять лет студенческих волнений, рабочих демонстраций, крестьянских бунтов.
— Профессор Захарьин
в Ливадии, во дворце, орал и топал ногами на придворных за то, что они поместили больного
царя в плохую
комнату, — вот это я понимаю! Вот это власть ума и знания…