Неточные совпадения
Но
доктор игнорировал этот неуместный
вопрос.
С точки зрения
доктора вопрос этот был праздный и не подлежал обсуждению; существовало только взвешиванье вероятностей — блуждающей почки, хронического катара и болезни слепой кишки.
Доктор строго взглянул на него одним глазом через очки, как будто говоря: подсудимый, если вы не будете оставаться в пределах ставимых вам
вопросов, я буду принужден сделать распоряжение об удалении вас из залы заседания.
Всю дорогу он, не переставая, перебирал всё, что говорил
доктор, стараясь все эти запутанные, неясные научные слова перевести на простой язык и прочесть в них ответ на
вопрос: плохо — очень ли плохо мне, или еще ничего?
Приятель его приятеля —
доктор очень хороший — тот еще совсем иначе определил болезнь и, несмотря на то, что обещал выздоровление, своими
вопросами и предположениями еще больше спутал Ивана Ильича и усилил его сомнение.
Иван Ильич смотрит на
доктора с выражением
вопроса: «Неужели никогда не станет тебе стыдно врать?» Но
доктор не хочет понимать
вопрос.
Действительно, в половине двенадцатого приехал знаменитый
доктор. Опять пошли выслушиванья и значительные разговоры при нем и в другой комнате о почке, о слепой кишке и
вопросы и ответы с таким значительным видом, что опять вместо реального
вопроса о жизни и смерти, который уже теперь один стоял перед ним, выступил
вопрос о почке и слепой кишке, которые что-то делали не так, как следовало, и на которые за это вот-вот нападут Михаил Данилович и знаменитость и заставят их исправиться.
Знаменитый
доктор простился с серьезным, но не с безнадежным видом. И на робкий
вопрос, который с поднятыми к нему блестящими страхом и надеждой глазами обратил Иван Ильич, есть ли. возможность выздоровления, отвечал, что ручаться нельзя, но возможность есть. Взгляд надежды, с которым Иван Ильич проводил
доктора, был так жалок, что, увидав его, Прасковья Федоровна даже заплакала, выходя из дверей кабинета, чтобы передать гонорар знаменитому
доктору.
Князь Андрей неохотно, но разумно отвечал на все
вопросы доктора и потом сказал, что ему надо бы подложить валик, а то неловко и очень больно.
Неточные совпадения
— Те, я думаю, — отвечал Разумихин, поняв цель
вопроса, — и будут, конечно, про свои семейные дела говорить. Я уйду. Ты, как
доктор, разумеется, больше меня прав имеешь.
И
доктор сделал еще несколько подобных
вопросов, потом наклонил свою лысину и глубоко задумался. Через две минуты он вдруг приподнял голову и решительным голосом сказал:
И
доктор пред княгиней, как пред исключительно умною женщиной, научно определил положение княжны и заключил наставлением о том, как пить те воды, которые были не нужны. На
вопрос, ехать ли за границу,
доктор углубился в размышления, как бы разрешая трудный
вопрос. Решение наконец было изложено: ехать и не верить шарлатанам, а во всем обращаться к нему.
Народ,
доктор и фельдшер, офицеры его полка, бежали к нему. К своему несчастию, он чувствовал, что был цел и невредим. Лошадь сломала себе спину, и решено было ее пристрелить. Вронский не мог отвечать на
вопросы, не мог говорить ни с кем. Он повернулся и, не подняв соскочившей с головы фуражки, пошел прочь от гипподрома, сам не зная куда. Он чувствовал себя несчастным. В первый раз в жизни он испытал самое тяжелое несчастие, несчастие неисправимое и такое, в котором виною сам.
— Ну,
доктор, решайте нашу судьбу, — сказала княгиня. — Говорите мне всё. «Есть ли надежда?» — хотела она сказать, но губы ее задрожали, и она не могла выговорить этот
вопрос. — Ну что,
доктор?…