Неточные совпадения
Когда мы говорим «я», то говорим мы это не про наше
тело, а про то, чем живет наше
тело. Что же такое это «я»? Словами мы не можем сказать, что такое это «я», но знаем мы это «я»
лучше всего того, что знаем. Мы знаем, что не будь в нас этого «я», то мы ничего бы не знали, не было бы для нас ничего на свете, и нас самих бы не было.
Римский мудрец Сенека говорил, что всё, что мы видим, всё живое, всё это — одно
тело: мы все, как руки, ноги, желудок, кости, — члены этого
тела. Мы все одинаково родились, все мы одинаково желаем себе добра, все мы знаем, что нам
лучше помогать друг другу, чем губить друг друга, и во всех нас заложена одна и та же любовь друг к другу. Мы, как камни, сложены в такой свод, что все сейчас же погибнем, если не будем поддерживать друг друга.
Будешь слишком угождать
телу, — ослабишь его; будешь слишком утруждать его, — тоже ослабишь. Если уж выбирать одно из двух, то
лучше изнурять, чем нежить,
тело, — потому
лучше, что, если не доел, не доспал, переработал,
тело сейчас же покажет тебе ошибку. Если же слишком изнежил
тело, то оно, не сейчас, но гораздо позже, покажет тебе твою ошибку тем, что будет слабое и больное.
Людям надо бы учиться у животных тому, как надо обходиться с своим
телом. Как только у животного есть то, что ему нужно для его
тела, оно успокаивается; человеку же мало того, что он утолил свой голод, укрылся от непогоды, согрелся, — он придумывает всё разные сладкие питья и кушанья, строит дворцы и готовит лишние одежды и всякие ненужные роскоши, от которых ему не
лучше, а только хуже живется.
Лучше, чтобы одежда была впору совести, чем, чтобы она была впору только
телу.
Не расчет приучать себя к роскоши, потому что чем больше тебе для твоего
тела нужно, тем больше надо трудиться
телом же для того, чтобы
лучше накормить, одеть, поместить свое
тело. Ошибка эта незаметна только для таких людей, которые тем или другим обманом сумели так устроиться, чтобы другие должны были не на себя, а на них работать, так что для таких людей, для богатых, это уже, кроме того, что не расчет, еще и дурное дело.
Но работающим все-таки
лучше, чем неработающим. Душа дороже
тела.
Человек считает себя
лучше других людей только тогда, когда он живет телесной жизнью.
Тело одно может быть сильнее, больше,
лучше другого, но если человек живет духовной жизнью, то ему нельзя считать себя
лучше других, потому что душа одна и та же у всех.
Люди говорят: «Нельзя жить, если мы не знаем того, что нас ожидает. Надо готовиться к тому, что будет». Это неправда. Настоящая
хорошая жизнь бывает именно тогда, когда не думаешь о том, что будет с моим
телом, а только о том, что мне для своей души нужно сейчас. А для души нужно только одно: делать то, что соединяет мою душу со всеми людьми и с богом.
Не
лучше ли радоваться тому, что бог дал нам власть не огорчаться тем, что с нами случается помимо нашей воли, и благодарить его за то, что он подчинил нашу душу только тому, что в нашей власти — нашему разуму. Он ведь не подчинил нашей души ни родителям нашим, ни братьям, ни богатству, ни
телу нашему, ни смерти. Он, по благости своей, подчинил ее одному тому, что от нас зависит — нашим мыслям.
Неточные совпадения
«Все устроено как можно
лучше:
тело привезено обезображенное, пуля из груди вынута. Все уверены, что причиною его смерти несчастный случай; только комендант, которому, вероятно, известна ваша ссора, покачал головой, но ничего не сказал. Доказательств против вас нет никаких, и вы можете спать спокойно… если можете… Прощайте…»
И покаюся тебе, как отцу духовному, я
лучше ночь просижу с пригоженькою девочкою и усну упоенный сладострастием в объятиях ее, нежели, зарывшись в еврейские или арабские буквы, в цифири или египетские иероглифы, потщуся отделить дух мой от
тела и рыскать в пространных полях бредоумствований, подобен древним и новым духовным витязям.
Желал
лучше, чтобы на мгновение
тело ваше оскорбилося преходящею болью, нежели дебелы пребудете в возрасте совершенном.
Ему и в голову не приходило подумать, чтобы разобрать все подробности состояния больного, подумать о том, как лежало там, под одеялом, это
тело, как, сгибаясь, уложены были эти исхудалые голени, кострецы, спина и нельзя ли как-нибудь
лучше уложить их, сделать что-нибудь, чтобы было хоть не
лучше, но менее дурно.
Принц пользовался необыкновенным даже между принцами здоровьем; и гимнастикой и
хорошим уходом за своим
телом, он довел себя до такой силы, что, несмотря на излишества, которым он предавался в удовольствиях, он был свеж, как большой зеленый глянцовитый голландский огурец.