Жизнь людей богатых, свободных от необходимого для жизни труда, не может не быть безумна. Люди, не работая, то есть не исполняя один из законов жизни всех людей, не могут не шалеть. С ними делается то же, что с перекормленными домашними животными: лошадьми, собаками, свиньями. Они прыгают, дерутся, носятся с места на место, сами
не зная зачем.
Неточные совпадения
В самом деле,
зачем человеку лишать себя чего-либо, беспокоиться, тревожиться
не для себя, а для человека, которого он
не знает, и такого, каких много на свете? Объяснить это можно только тем, что тот, кто делает добро
не себе, а другим,
знает, что тот, кому он делает добро,
не отдельное от него существо, а то же самое существо, каким живет и он, только в другом виде.
Легко переносить горе, когда оно
не от людей, а от болезней, пожаров, наводнений, землетрясений. Но особенно больно бывает человеку, когда он страдает от людей, от братьев. Он
знает, что людям надо бы любить его, а вот они вместо этого его мучают. «Люди, все люди ведь то же, что я, — думает такой человек. —
Зачем же они мучают меня?» От этого-то и бывает легче переносить горе от болезней, пожаров, засух, чем от недоброты людей.
Для чего я отделен от всего остального и
зачем знаю, что есть всё то, от чего я отделен, и почему
не могу понимать, что такое это всё?
Зачем мое «я»
не переставая изменяется? Я
не могу понять ничего этого. Но
не могу
не думать, что во всем этом есть смысл, —
не могу
не думать, что есть такое существо, для которого всё это понятно, которое
знает,
зачем всё это.
Трудно жить людям, когда они
не знают,
зачем живут, а есть такие люди, которые так уверены в том, что это никак нельзя
знать, что даже хвастаются этим.
Если доброе дело делается для чего-нибудь, то оно уже
не доброе дело. По-настоящему любишь только тогда, когда
не знаешь,
зачем и для чего.
Ни вино, ни опиум, ни табак
не нужны для жизни людей. Все
знают, что и вино, и опиум, и табак вредны и телу и душе. А между тем, чтобы производить эти яды, тратятся труды миллионов людей.
Зачем же делают это люди? Делают это люди оттого, что, впав в грех служения телу и видя, что тело никогда
не может быть удовлетворено, они придумали такие вещества, как вино, опиум, табак, которые одуряют их настолько, что они забывают про то, что у них нет того, чего они желают.
—
Зачем ты
не поступаешь на служение к царю, — ты бы
не знал тяжелого труда.
— А
зачем ты
не трудишься: ты бы
не знал унижения, рабства.
Если рассердился на человека за то, что он сделал то, что ты считаешь дурным, постарайся
узнать,
зачем человек сделал то, что считаешь дурным. А как только поймешь это, то сердиться на человека уже нельзя будет, так же нельзя будет, как нельзя сердиться на то, что камень падает книзу, а
не кверху.
Только заботой о чужом мнении можно объяснить себе самый обыкновенный и вместе с тем самый удивительный поступок людской: ложь. Человек
знает одно и говорит другое.
Зачем? Нет другого объяснения, как только то, что он думает, что, если он скажет правду, люди
не похвалят, а если солжет, люди похвалят его.
Ученый тот, кто
знает очень много из всяких книг; образованный тот, кто
знает всё то, что теперь в ходу между людьми; просвещенный тот, кто
знает,
зачем он живет и что ему надо делать.
Не старайся быть ни ученым, ни образованным, старайся быть просвещенным.
Если бы человек
не мог мыслить, он бы
не понимал,
зачем он живет. А если бы он
не понимал,
зачем он живет, он
не мог бы
знать, что хорошо и что дурно. И потому нет ничего дороже для человека того, чтобы хорошо мыслить.
Мы — орудия бога. Что мы должны делать — мы
знаем, но
зачем мы это делаем — это
не дано
знать нам. Тот, кто понимает это,
не может
не быть смирен.
У него было множество знакомых, которые поили его вином и чаем, сами
не зная зачем, потому что он не только не был в обществе забавен, но даже, напротив, надоедал всем своей бессмысленной болтовней, несносной навязчивостью, лихорадочными телодвижениями и беспрестанным, неестественным хохотом.
Неточные совпадения
— Уж ты, брат, ты, ты… я
не отойду от тебя, пока
не узнаю,
зачем ты покупал мертвые души.
— Да как же в самом деле: три дни от тебя ни слуху ни духу! Конюх от Петуха привел твоего жеребца. «Поехал, говорит, с каким-то барином». Ну, хоть бы слово сказал: куды,
зачем, на сколько времени? Помилуй, братец, как же можно этак поступать? А я бог
знает чего
не передумал в эти дни!
— То
зачем же ее преследовать, тревожить, волновать ее воображение?.. О, я тебя хорошо
знаю! Послушай, если ты хочешь, чтоб я тебе верила, то приезжай через неделю в Кисловодск; послезавтра мы переезжаем туда. Княгиня остается здесь дольше. Найми квартиру рядом; мы будем жить в большом доме близ источника, в мезонине; внизу княгиня Лиговская, а рядом есть дом того же хозяина, который еще
не занят… Приедешь?..
— Простите меня, княжна! Я поступил как безумец… этого в другой раз
не случится: я приму свои меры…
Зачем вам
знать то, что происходило до сих пор в душе моей? Вы этого никогда
не узнаете, и тем лучше для вас. Прощайте.
Он глубоко задумался о том: «каким же это процессом может так произойти, что он, наконец, пред всеми ими уже без рассуждений смирится, убеждением смирится! А что ж, почему ж и нет? Конечно, так и должно быть. Разве двадцать лет беспрерывного гнета
не добьют окончательно? Вода камень точит. И
зачем,
зачем же жить после этого,
зачем я иду теперь, когда сам
знаю, что все это будет именно так, как по книге, а
не иначе!»