Неточные совпадения
Быть в единении с людьми это большое благо, но как сделать так, чтобы соединиться со всеми? Ну, я соединяюсь с своими семейными, а с остальными как же? Ну, соединяюсь с своими друзьями, со всеми русскими, со всеми единоверцами. Ну, а как же с теми, кого я не
знаю, с другими народами, с иноверцами? Людей так
много, и все они такие разные. Как же быть?
В самом деле, зачем человеку лишать себя чего-либо, беспокоиться, тревожиться не для себя, а для человека, которого он не
знает, и такого, каких
много на свете? Объяснить это можно только тем, что тот, кто делает добро не себе, а другим,
знает, что тот, кому он делает добро, не отдельное от него существо, а то же самое существо, каким живет и он, только в другом виде.
Если
много работаешь на других, не тяготись такой работой и не желай себе за нее похвалы, а
знай, что труд твой, если ты, любя, делаешь его для других, полезнее всего для настоящего тебя, для души твоей.
Большинство людей нашего мира, хотя и не
знают подробностей этих успокоительных объяснений науки, так же, как и
многие прежние люди не
знали в подробности теологических объяснений, оправдывающих их положение, — все все-таки
знают, что объяснение это есть, что ученые, умные люди продолжают доказывать, что теперешний порядок вещей таков, каким он и должен быть, и что поэтому можно спокойно жить в этом порядке вещей, не стараясь изменить его.
Не утешай себя мыслью, что если ты не видишь тех, которых ты мучаешь и убиваешь, и если у тебя
много товарищей, делающих то же, то ты не мучитель, не убийца: ты мог бы не быть им до тех пор, пока не
знал, откуда те деньги, которые попадают тебе в руки, но если ты
знаешь, то нет тебе оправдания — не перед людьми (перед людьми во всем и всегда есть оправдание), а перед своей совестью.
Посмотрите, что нужно
знать для этого: телу нужны место, время, движение, теплота, свет, пища, вода, воздух и
многое другое.
Важно не количество знаний, а качество их. Можно
знать очень
многое, не
зная самого нужного.
Знанию нет конца. И потому про того, кто
знает очень
много, нельзя сказать, чтобы он
знал более того, кто
знает очень мало.
Люди не могут
знать и понимать всего того, что делается на свете, и потому суждения их о
многих вещах неверны.
Ученый тот, кто
знает очень
много из всяких книг; образованный тот, кто
знает всё то, что теперь в ходу между людьми; просвещенный тот, кто
знает, зачем он живет и что ему надо делать. Не старайся быть ни ученым, ни образованным, старайся быть просвещенным.
И потому лучше вовсе не читать тех книг, про которые
много говорят и пишут. Людям надо стараться прежде всего прочесть и
узнать самых лучших писателей всех веков и народов. Эти книги надо читать прежде всего. А то и вовсе не успеешь прочесть их. Только такие писатели нас поучают и образовывают.
Сила не в том, что человек может связать узлом железную кочергу, и не в том, что он может обладать биллионами и триллионами рублей, и не в том, что может своими солдатами завоевать целый народ, а сила, во
много раз большая всех этих сил, в том, что человек может от всей души простить обидчику, что может воздержаться от желания, если
знает, что желание это грешное, может во всякую минуту вспомнить про то, что в нем живет дух божий.
Постоянно нашептывают, что опасно открывать некоторые вещи большинству людей. Говорят: «Мы
знаем, что это неправда, но для народа это необходимо. Народу полезно верить в это и потому можно сделать
много зла, поколебав эту его веру».
«Если б я влюбился в нее, она вытеснила бы из меня все… Что — все? Она меня назвала неизлечимым умником, сказала, что такие, как я, болезнь мира. Это неверно. Неправда. Я — не книжник, не догматик, не моралист. Я
знаю много, но не пытаюсь учить. Не выдумываю теории, которые всегда ограничивают свободный рост мысли и воображения».
Неточные совпадения
Ее тревожит сновиденье. // Не
зная, как его понять, // Мечтанья страшного значенье // Татьяна хочет отыскать. // Татьяна в оглавленье кратком // Находит азбучным порядком // Слова: бор, буря, ведьма, ель, // Еж, мрак, мосток, медведь, метель // И прочая. Ее сомнений // Мартын Задека не решит; // Но сон зловещий ей сулит // Печальных
много приключений. // Дней несколько она потом // Всё беспокоилась о том.
А может быть и то: поэта // Обыкновенный ждал удел. // Прошли бы юношества лета: // В нем пыл души бы охладел. // Во
многом он бы изменился, // Расстался б с музами, женился, // В деревне, счастлив и рогат, // Носил бы стеганый халат; //
Узнал бы жизнь на самом деле, // Подагру б в сорок лет имел, // Пил, ел, скучал, толстел, хирел. // И наконец в своей постеле // Скончался б посреди детей, // Плаксивых баб и лекарей.
Прости ж и ты, мой спутник странный, // И ты, мой верный идеал, // И ты, живой и постоянный, // Хоть малый труд. Я с вами
знал // Всё, что завидно для поэта: // Забвенье жизни в бурях света, // Беседу сладкую друзей. // Промчалось
много,
много дней // С тех пор, как юная Татьяна // И с ней Онегин в смутном сне // Явилися впервые мне — // И даль свободного романа // Я сквозь магический кристалл // Еще не ясно различал.
Но дружбы нет и той меж нами. // Все предрассудки истребя, // Мы почитаем всех нулями, // А единицами — себя. // Мы все глядим в Наполеоны; // Двуногих тварей миллионы // Для нас орудие одно, // Нам чувство дико и смешно. // Сноснее
многих был Евгений; // Хоть он людей, конечно,
знал // И вообще их презирал, — // Но (правил нет без исключений) // Иных он очень отличал // И вчуже чувство уважал.
Так хорошо и верно видел он
многие вещи, так метко и ловко очерчивал в немногих словах соседей помещиков, так видел ясно недостатки и ошибки всех, так хорошо
знал историю разорившихся бар — и почему, и как, и отчего они разорились, так оригинально и метко умел передавать малейшие их привычки, что они оба были совершенно обворожены его речами и готовы были признать его за умнейшего человека.