Неточные совпадения
Таня.
Ну вас совсем! И к чему это пристало! (Сердито вырывается.) Говорю же, оставьте!
Таня.
Ну, какой ни на есть, да вот вам завидно.
Таня.
Ну и идите к ним, а меня оставьте.
Доктор (смеясь). Что же, правда. Все эти штуки проделывают, а потом расстройство пищеварительных органов, давление на печень, нервы, —
ну, и пошла писать, а ты ее подправляй. Беда с ними! (Посмеивается.) А вы что? Вы, кажется, спирит тоже?
Сахатов. Я? Нет, я не спирит тоже…
Ну, мое почтение! (Хочет идти, но доктор останавливает.)
Яков. И как это она вырвалась из рук, бог ее знает. Только стал обтирать, хотел перехватить, — вышмыгнула как-то… В мелкие кусочки! Все мое несчастье! Ему хорошо, Григорию-то Михайлычу, говорить, как он один головой, а вот как семья? Ведь тоже надо обдумать да прокормить. Я на труды не смотрю. Так ничего не говорила?
Ну, и слава богу! А ложечки у вас, Федор Иваныч, одна или две?
1-й и 3-й мужики (с удивлением). Ну-у?!
Леонид Федорович.
Ну так приезжайте. Сначала Гросман, а потом Капчич, и наш сеанс медиумический… (Федору Иванычу.) Не вернулся посланный от Капчича?
Сахатов. Странно!
Ну, так я приеду вечером.
Леонид Федорович (к мужикам). Да-с.
Ну, так вы что ж?
Леонид Федорович.
Ну что ж… Федор, прими.
Федор Иваныч.
Ну, давайте сюда. (Берет гостинцы.)
Василий Леонидыч.
Ну, вот вы и не скупитесь. Ведь земля что? Можно ведь на ней пшеницу рядами, я вам скажу, посеять. Триста пудов можно взять, по рублю за пуд, триста рублей. А, что?.. А то мяту, так тысячу рублей, я вам скажу, можно с десятины слупить!
Бетси.
Ну, это не вышло, совсем не вышло! (Хохочет.)
Бетси.
Ну, это не вышло; а скажите, вы вчера были у Мергасовых?
Семен.
Ну, ладно, я у крыльца ждать буду. (Уходит.)
1-й мужик.
Ну что ж, почтенный, как дело наше происходит?
Таня.
Ну что ж, они ему скажут подписать — он и подпишет?
Таня.
Ну, а если в сиансе?..
Леонид Федорович.
Ну, друзья мои, не могу. Очень бы желал, но никак не могу. Если все деньги, то другое дело.
Барыня.
Ну, хорошо, хорошо.
Доктор. То-то хорошо, а все по-старому; а так, барыня, нельзя, нельзя.
Ну прощайте!
Доктор.
Ну, что еще? Что такое?
Барыня. Да вот вы говорите, чтобы не волноваться.
Ну как тут быть спокойной. Я сестру не вижу два месяца, я остерегаюсь всякого сомнительного посетителя. И вдруг люди из Курска, прямо из Курска, где повальный дифтерит, — в середине моего дома!
Барыня.
Ну да, прямо из дифтеритной местности!
Доктор.
Ну да,
ну да, только волноваться-то очень незачем.
Барыня.
Ну да, а то какая же! Так вот возьми ты эту бутыль и вымой прежде, где они стоят, мылом, потом этим…
Доктор. Так и сделайте, и не боитесь.
Ну, так до свиданья, до вечера. (Уходит.)
Григорий (выпроваживая мужиков).
Ну,
ну, идите, идите.
Барыня.
Ну, едем. (Выходит в дверь и тотчас же возвращается.) Таня!
Петрищев.
Ну что же, добыл?
Василий Леонидыч. Я тебе скажу, с трудом. Сначала сунулся к родителю, — зарычал и прогнал. Я к родительнице, —
ну, и добился. Тут! (Хлопает по карману.) Уж если я возьмусь, от меня не уйдешь… Мертвая хватка. А, что? А нынче ведь приведут моих волкодавов.
Федор Иваныч. И жалко мне вас, да не знаю, братцы. Я ведь очень понимаю. Да ведь отказал он. Теперь как же? Да и барыня еще несогласна. Едва ли!
Ну, да давайте бумагу, — пойду, попытаюсь, попрошу его. (Уходит.)
Федор Иваныч (улыбаясь). И что ты строишь, не пойму! Да
ну, скажу, скажу. (Уходит.)
Леонид Федорович.
Ну так что ж?
Таня.
Ну, вот я и опасаюсь и об этом спросить хотела, что не будет ли от этого вреда? Тоже век жить, а в нем такое дело.
Федор Иваныч.
Ну что же, сказала свой секрет?
Федор Иваныч. Умница, хвалю!
Ну, так что же?
Федор Иваныч (кивает головой). А ласковая девочка, хорошая. А ведь сколько их таких пропадает, подумаешь! Только ведь промахнись раз один — пошла по рукам… Потом в грязи ее уж не сыщешь. Не хуже, как Наталья сердечная… А тоже была хорошая, тоже мать родила, лелеяла, выращивала… (Берет газету.) Ну-ка, что Фердинанд наш, как изворачивается?..
Федор Иваныч.
Ну, и по рукам.
Кучер. А у меня кафтаны, полости, сбруя. А чистоту спрашивают.
Ну, в дворницкую, что ль.
Федор Иваныч. Да, непорядки, непорядки! (К мужикам.)
Ну, так так-то, пока прощайте, ребята!
1-й мужик.
Ну, да и у вас, посмотрел я давеча, ужинали, капиталец дюже хорош.
Кухарка. Воздушная-то, воздушная, —
ну, да и здоровы жрать.
2-й мужик.
Ну, а когда же дела делают?
Кухарка.
Ну, вот только и делов: в фортепьяны, а то в карты. Как только съехались, сейчас карты, вино, закурят — и пошло на всю ночь. Только встанут — поесть опять!
