Неточные совпадения
У одного индейца был слон. Хозяин дурно кормил его и заставлял много работать. Один раз слон рассердился и наступил ногою на своего хозяина. Индеец умер. Тогда жена индейца заплакала, принесла своих детей к слону и бросила их слону под ноги. Она сказала: «Слон! ты убил
отца, убей и их». Слон посмотрел на детей, взял хоботом старшего, потихоньку поднял и посадил его себе на шею. И слон стал слушаться этого
мальчика и работать для него.
Старик услыхал с поля, кто-то его зовет, пошел к сыну навстречу, пересадил его через кочку и говорит: «Откуда ты, сынок?» А
мальчик говорит: «Я, батюшка, в хлопочке вывелся», и подал
отцу блинов. Старик сел завтракать, а
мальчик говорит: «Дай, батюшка, я буду пахать».
Мужик и продал
мальчика за сто рублей. Барин отдал деньги, взял
мальчика, завернул его в платочек и положил в карман. Барин приехал домой и говорит жене: «Я тебе радость привез». А жена говорит: «Покажи, что такое?» Барин достал платочек из кармана, развернул его, а в платочке ничего нету. Липунюшка уж давно к
отцу убежал.
Когда
отец с матерью говорили про это,
мальчик с пальчик не спал и все слышал.
Когда
отец с матерью повели детей в лес,
мальчик с пальчик шел сзади всех и все брал по одному камушку из кармана и кидал на дорогу.
Случилось так, что в тот самый день, как
отец с матерью отвели детей в лес,
отец получил деньги.
Отец с матерью и говорят: «Зачем мы отвели детей в лес? Они пропадут там. А теперь у нас деньги есть, и мы можем прокормить детей». Мать стала плакать и говорит: «Ах! если бы только дети с нами были!» А
мальчик с пальчик услыхал из-под окошка и говорит: «А мы вот они!»
Отец с матерью опять свели детей в лес и их там бросили, и опять
мальчик с пальчик кидал по дороге крошки хлеба.
Неточные совпадения
Но бедный
мальчик уже не помнит себя. С криком пробивается он сквозь толпу к савраске, обхватывает ее мертвую, окровавленную морду и целует ее, целует ее в глаза, в губы… Потом вдруг вскакивает и в исступлении бросается с своими кулачонками на Миколку. В этот миг
отец, уже долго гонявшийся за ним, схватывает его, наконец, и выносит из толпы.
А в сыне ей мерещился идеал барина, хотя выскочки, из черного тела, от
отца бюргера, но все-таки сына русской дворянки, все-таки беленького, прекрасно сложенного
мальчика, с такими маленькими руками и ногами, с чистым лицом, с ясным, бойким взглядом, такого, на каких она нагляделась в русском богатом доме, и тоже за границею, конечно, не у немцев.
Захочет ли чего-нибудь Илья Ильич, ему стоит только мигнуть — уж трое-четверо слуг кидаются исполнять его желание; уронит ли он что-нибудь, достать ли ему нужно вещь, да не достанет, — принести ли что, сбегать ли за чем: ему иногда, как резвому
мальчику, так и хочется броситься и переделать все самому, а тут вдруг
отец и мать, да три тетки в пять голосов и закричат:
Вон залаяла собака: должно быть, гость приехал. Уж не Андрей ли приехал с
отцом из Верхлёва? Это был праздник для него. В самом деле, должно быть, он: шаги ближе, ближе, отворяется дверь… «Андрей!» — говорит он. В самом деле, перед ним Андрей, но не
мальчик, а зрелый мужчина.
Способный от природы
мальчик в три года прошел латынскую грамматику и синтаксис и начал было разбирать Корнелия Непота, но
отец решил, что довольно и того, что он знал, что уж и эти познания дают ему огромное преимущество над старым поколением и что, наконец, дальнейшие занятия могут, пожалуй, повредить службе в присутственных местах.