Неточные совпадения
«Шекспиру название великого подходит само собой, если же прибавить, что независимо от величия он сделался еще реформатором всей
литературы и, сверх того, выразил в своих произведениях не только явления жизни ему современные, но еще пророчески угадал по носившимся в его время лишь в зачаточном виде мыслям и взглядам то
направление, какое общественный дух примет в будущем (чему поразительный пример мы видим в «Гамлете»), то можно безошибочно сказать, что Шекспир был не только великим, но и величайшим из всех когда-либо существовавших поэтов и что на арене поэтического творчества равным ему соперником была лишь та самая жизнь, которую он изобразил в своих произведениях с таким совершенством».
Еще в недавнее время жили такие понятия, и даже наш знаменитый писатель, от которого ведет свое начало современное
направление литературы, писал к помещику советы о том, как ему побольше наживать от мужиков денег, и советовал для этого называть мужика бабою, неумытым рылом и т. п.
Все это чиновник Кувырков делал con amore, [Бескорыстно (Итал.)] просто потому, что любил приличие, много соболезновал о зловредном
направлении литературы и стремился ко введению единомыслия в России.
Неточные совпадения
— Этот вопрос занимает теперь лучшие умы в Европе. Шульце-Деличевское
направление… Потом вся эта громадная
литература рабочего вопроса, самого либерального Лассалевского
направления… Мильгаузенское устройство — это уже факт, вы, верно, знаете.
— О торговле, об эманципации женщин, о прекрасных апрельских днях, какие выпали нам на долю, и о вновь изобретенном составе против пожаров. Как это вы не читаете? Ведь тут наша вседневная жизнь. А пуще всего я ратую за реальное
направление в
литературе.
Политически журнал был левого, радикального
направления, но он впервые в истории русских журналов соединял такого рода социально-политические идеи с религиозными исканиями, метафизическим миросозерцанием и новыми течениями в
литературе.
Я замечаю, что Наташа в последнее время стала страшно ревнива к моим литературным успехам, к моей славе. Она перечитывает все, что я в последний год напечатал, поминутно расспрашивает о дальнейших планах моих, интересуется каждой критикой, на меня написанной, сердится на иные и непременно хочет, чтоб я высоко поставил себя в
литературе. Желания ее выражаются до того сильно и настойчиво, что я даже удивляюсь теперешнему ее
направлению.
— Мы здесь рассуждаем об том, — говорит он мне, — какое нынче
направление странное принимает
литература — всё какие-то нарывы описывают! и так, знаете, все это подробно, что при дамах даже и читать невозможно… потому что дама — vous concevez, mon cher! [вы понимаете, мой милый! (франц.)] — это такой цветок, который ничего, кроме тонких запахов, испускать из себя не должен, и вдруг ему, этому нежному цветку, предлагают навозную кучу… согласитесь, что это неприятно…