В селе Гаях, в его каменном, крытом железом, доме жила старуха мать, жена с двумя детьми (
девочка и мальчик), еще сирота племянник, немой пятнадцатилетний малый, и работник. Корней был два раза женат. Первая жена его была слабая, больная женщина и умерла без детей, и он, уже немолодым вдовцом, женился второй раз на здоровой, красивой девушке, дочери бедной вдовы из соседней деревни. Дети были от второй жены.
Левин не замечал, как проходило время. Если бы спросили его, сколько времени он косил, он сказал бы, что полчаса, — а уж время подошло к обеду. Заходя ряд, старик обратил внимание Левина на
девочек и мальчиков, которые с разных сторон, чуть видные, по высокой траве и по дороге шли к косцам, неся оттягивавшие им ручонки узелки с хлебом и заткнутые тряпками кувшинчики с квасом.
Только тогда слегка шевельнул вожжами кучер, и вороные рысаки, звеня подковами по мостовой, понесли мягко подрагивающую на резиновых шинах коляску на дачу, куда ехали веселиться муж, жена,
девочка и мальчик с тонкой шеей и торчащими ключицами.
Избыток того чувства, которым Гуляев тяготел к несуществующему сыну, естественно, переходил на других, и в гуляевском доме проживала целая толпа разных сирот,
девочек и мальчиков.
Трое маленьких детей, две
девочки и мальчик, из которых Леночка была старшая, подошли к столу, все трое положили на стол руки, и все трое тоже пристально стали рассматривать князя.
Неточные совпадения
Мальчики и девочки — загляденье.
—
И это мне в наслаждение!
И это мне не в боль, а в наслаж-дение, ми-ло-сти-вый го-су-дарь, — выкрикивал он, потрясаемый за волосы
и даже раз стукнувшись лбом об пол. Спавший на полу ребенок проснулся
и заплакал.
Мальчик в углу не выдержал, задрожал, закричал
и бросился к сестре в страшном испуге, почти в припадке. Старшая
девочка дрожала со сна, как лист.
Девочка только дрожала;
мальчик же, стоя на голых коленочках, размеренно подымал ручонку, крестился полным крестом
и кланялся в землю, стукаясь лбом, что, по-видимому, доставляло ему особенное удовольствие.
Обломов обернулся: на дворе двое детей,
мальчик и девочка, смотрят на него с любопытством.
— Нет, двое детей со мной, от покойного мужа:
мальчик по восьмому году да
девочка по шестому, — довольно словоохотливо начала хозяйка,
и лицо у ней стало поживее, — еще бабушка наша, больная, еле ходит,
и то в церковь только; прежде на рынок ходила с Акулиной, а теперь с Николы перестала: ноги стали отекать.
И в церкви-то все больше сидит на ступеньке. Вот
и только. Иной раз золовка приходит погостить да Михей Андреич.