Бывало, стоишь, стоишь в углу, так что колени и спина заболят, и думаешь: «Забыл про меня Карл Иваныч: ему, должно быть, покойно сидеть на мягком кресле и читать свою гидростатику, — а каково мне?» — и начнешь, чтобы напомнить о себе, потихоньку отворять и затворять заслонку или ковырять штукатурку со стены; но если вдруг упадет с шумом слишком большой кусок на землю — право, один страх хуже всякого наказания.
Дико́й (топнув ногой). Какое еще там елестричество! Ну как же ты не разбойник! Гроза-то нам в наказание посылается, чтобы мы чувствовали, а ты хочешь шестами да рожнами какими-то, прости Господи, обороняться. Что ты, татарин, что ли? Татарин ты? А? говори! Татарин?
Он может понести наказание за вредные выбросы в окружающую среду с его предприятия, за нарушение прав людей, работающих на него, за несоблюдение срока подачи налоговой декларации и т. д.
– Тех, кто невиновен, я никогда не казню, а если подобное случится, то самое суровое наказание понесут те, кто посмел оболгать честных людей, – проворчал я.
Отчего самое ужасное наказание, которое выдумали люди, есть — вечное заточение? (Смерть как наказание выдумали не люди. Они при этом слепое орудие провиденья.) Заточение, в котором человек лишается всего, что может его заставить забыть себя, и остается с вечной памятью о себе.
Он может понести наказание за вредные выбросы в окружающую среду с его предприятия, за нарушение прав людей, работающих на него, за несоблюдение срока подачи налоговой декларации и т. д.
Так с помощью очень суровых мер наказания молодые души учили первоначальной человеческой нравственности, прививали начальные элементы морали.
– Тех, кто невиновен, я никогда не казню, а если подобное случится, то самое суровое наказание понесут те, кто посмел оболгать честных людей, – проворчал я.