Неточные совпадения
Марья Ивановна говорила, что из девочки надо сделать работницу, хорошую горничную, и потому была требовательна, наказывала и даже бивала девочку, когда
бывала не в духе.
Тогда
не нужно было денег, и можно было
не взять и третьей части того, что давала мать, можно было отказаться от имения отца и отдать его крестьянам, — теперь же недоставало тех 1500 рублей в месяц, которые давала мать, и с ней
бывали уже неприятные разговоры из-за денег.
Может быть, в глубине души и было у него уже дурное намерение против Катюши, которое нашептывал ему его разнузданный теперь животный человек, но он
не сознавал этого намерения, а просто ему хотелось
побывать в тех местах, где ему было так хорошо, и увидать немного смешных, но милых, добродушных тетушек, всегда незаметно для него окружавших его атмосферой любви и восхищения, и увидать милую Катюшу, о которой осталось такое приятное воспоминание.
Нехлюдов приехал сюда, чтобы развлечься, и всегда ему в этом доме
бывало приятно,
не только вследствие того хорошего тона роскоши, которая приятно действовала на его чувства, но и вследствие той атмосферы льстивой ласки, которая незаметно окружала его.
Мисси очень хотела выйти замуж, и Нехлюдов был хорошая партия. Кроме того, он нравился ей, и она приучила себя к мысли, что он будет ее (
не она будет его, а он ее), и она с бессознательной, но упорной хитростью, такою, какая
бывает у душевно больных, достигала своей цели. Она заговорила с ним теперь, чтобы вызвать его на объяснение.
Слушая то Софью Васильевну, то Колосова, Нехлюдов видел, во-первых, что ни Софье Васильевне ни Колосову нет никакого дела ни до драмы ни друг до друга, а что если они говорят, то только для удовлетворения физиологической потребности после еды пошевелить мускулами языка и горла; во-вторых, то, что Колосов, выпив водки, вина, ликера, был немного пьян,
не так пьян, как
бывают пьяны редко пьющие мужики, но так, как
бывают пьяны люди, сделавшие себе из вина привычку.
— Нет ничего хуже, как признавать себя
не в духе, — сказала Мисси. — Я никогда
не признаюсь в этом себе и от этого всегда
бываю в духе. Что ж, пойдемте ко мне. Мы постараемся разогнать вашу mauvaise humeur. [дурное настроение.]
— Мы и то с тетенькой, касатка, переговаривались, може, сразу ослобонят. Тоже, сказывали,
бывает. Еще и денег надают, под какой час попадешь, — тотчас же начала своим певучим голосом сторожиха. — Ан, вот оно что. Видно, сгад наш
не в руку. Господь, видно, свое, касатка, —
не умолкая вела она свою ласковую и благозвучную речь.
— Это ваша добрая воля, только вины вашей тут особенной нет. Со всеми
бывает, и если с рассудком, то всё это заглаживается и забывается, и живут, — сказала Аграфена Петровна строго и серьезно, — и вам это на свой счет брать
не к чему. Я и прежде слышала, что она сбилась с пути, так кто же этому виноват?
— Я про себя
не думаю. Я покойницей так облагодетельствована, что ничего
не желаю. Меня Лизанька зовет (это была ее замужняя племянница), я к ней и поеду, когда
не нужна буду. Только вы напрасно принимаете это к сердцу, — со всеми это
бывает.
На обоих лицах было то выражение, какое
бывает на лицах людей, только что сделавших выгодное, но
не совсем хорошее дело.
— Разумеется, талант надо совершенствовать, нельзя зарывать, но в маленькой квартире, знаете, тяжело
бывает, — продолжал смотритель разговор,
не обращая на этих арестантов никакого внимания, и, усталыми шагами волоча ноги, прошел, сопутствуемый Нехлюдовым, в сборную.
Из всех выделился высокий благообразный крестьянин лет пятидесяти. Он разъяснил Нехлюдову, что они все высланы и заключены в тюрьму за то, что у них
не было паспортов. Паспорта же у них были, но только просрочены недели на две. Всякий год
бывали так просрочены паспорта, и ничего
не взыскивали, а нынче взяли да вот второй месяц здесь держат, как преступников.
Каждый человек носит в себе зачатки всех свойств людских и иногда проявляет одни, иногда другие и
бывает часто совсем
не похож на себя, оставаясь всё между тем одним и самим собою.
И вдруг Нехлюдов вспомнил, что точно так же он когда-то давно, когда он был еще молод и невинен, слышал здесь на реке эти звуки вальков по мокрому белью из-за равномерного шума мельницы, и точно так же весенний ветер шевелил его волосами на мокром лбу и листками на изрезанном ножом подоконнике, и точно так же испуганно пролетела мимо уха муха, и он
не то что вспомнил себя восемнадцатилетним мальчиком, каким он был тогда, но почувствовал себя таким же, с той же свежестью, чистотой и исполненным самых великих возможностей будущим и вместе с тем, как это
бывает во сне, он знал, что этого уже нет, и ему стало ужасно грустно.
— А вы в Петербурге редко
бываете? — сказал Вольф, держа сигару так, чтобы пепел
не упал.
«А вдруг всё это я выдумал и
не буду в силах жить этим: раскаюсь в том, что я поступил хорошо», сказал он себе и,
не в силах ответить на эти вопросы, он испытал такое чувство тоски и отчаяния, какого он давно
не испытывал.
Не в силах разобраться в этих вопросах, он заснул тем тяжелым сном, которым он,
бывало, засыпал после большого карточного проигрыша.
Вчерашний соблазн представился ему теперь тем, что
бывает с человеком, когда он разоспался, и ему хочется хоть
не спать, а еще поваляться, понежиться в постели, несмотря на то что он знает, что пора вставать для ожидающего его важного и радостного дела.
— Во-первых, министерство
не будет спрашивать Сенат, — с улыбкой снисхождения сказал Игнатий Никифорович, — а вытребует подлинное дело из суда и если найдет ошибку, то и даст заключение в этом смысле, а, во-вторых, невинные никогда или, по крайней мере, как самое редкое исключение,
бывают наказаны. А наказываются виновные, —
не торопясь, с самодовольной улыбкой говорил Игнатий Никифорович.
Нехлюдов,
не желая встречаться с тем, чтоб опять прощаться, остановился,
не доходя до двери станции, ожидая прохождения всего шествия. Княгиня с сыном, Мисси, доктор и горничная проследовали вперед, старый же князь остановился позади с свояченицей, и Нехлюдов,
не подходя близко, слышал только отрывочные французские фразы их разговора. Одна из этих фраз, произнесенная князем, запала, как это часто
бывает, почему-то в память Нехлюдову, со всеми интонациями и звуками голоса.
— А мне с кухарками и кучерами
бывало весело, а с нашими господами и дамами скучно, — рассказывала она. — Потом, когда я стала понимать, я увидала, что наша жизнь совсем дурная. Матери у меня
не было, отца я
не любила и девятнадцати лет я с товаркой ушла из дома и поступила работницей на фабрику.
В тот день, когда на выходе с этапа произошло столкновение конвойного офицера с арестантами из-за ребенка, Нехлюдов, ночевавший на постоялом дворе, проснулся поздно и еще засиделся за письмами, которые он готовил к губернскому городу, так что выехал с постоялого двора позднее обыкновенного и
не обогнал партию дорогой, как это
бывало прежде, а приехал в село, возле которого был полуэтап, уже сумерками.
— Да,
бывает. В Казани, я вам доложу, была одна, — Эммой звали. Родом венгерка, а глаза настоящие персидские, — продолжал он,
не в силах сдержать улыбку при этом воспоминании. — Шику было столько, что хоть графине…
— Чего
не переносить? Я так часто просто рад
бывал, когда посадят, — сказал Набатов бодрым голосом, очевидно желая разогнать мрачное настроение. — То всего боишься: и что сам попадешься, и других запутаешь, и дело испортишь, а как посадят — конец ответственности, отдохнуть можно. Сиди себе да покуривай.
Пить же вино было для него такой потребностью, без которой он
не мог жить, и каждый день к вечеру он
бывал совсем пьян, хотя так приспособился к этому состоянию, что
не шатался и
не говорил особенных глупостей.
Неточные совпадения
Купцы. Ей-богу! такого никто
не запомнит городничего. Так все и припрятываешь в лавке, когда его завидишь. То есть,
не то уж говоря, чтоб какую деликатность, всякую дрянь берет: чернослив такой, что лет уже по семи лежит в бочке, что у меня сиделец
не будет есть, а он целую горсть туда запустит. Именины его
бывают на Антона, и уж, кажись, всего нанесешь, ни в чем
не нуждается; нет, ему еще подавай: говорит, и на Онуфрия его именины. Что делать? и на Онуфрия несешь.
Осип, слуга, таков, как обыкновенно
бывают слуги несколько пожилых лет. Говорит сурьёзно, смотрит несколько вниз, резонер и любит себе самому читать нравоучения для своего барина. Голос его всегда почти ровен, в разговоре с барином принимает суровое, отрывистое и несколько даже грубое выражение. Он умнее своего барина и потому скорее догадывается, но
не любит много говорить и молча плут. Костюм его — серый или синий поношенный сюртук.
Городничий. Ну, а что из того, что вы берете взятки борзыми щенками? Зато вы в бога
не веруете; вы в церковь никогда
не ходите; а я, по крайней мере, в вере тверд и каждое воскресенье
бываю в церкви. А вы… О, я знаю вас: вы если начнете говорить о сотворении мира, просто волосы дыбом поднимаются.
— А счастье наше — в хлебушке: // Я дома в Белоруссии // С мякиною, с кострикою // Ячменный хлеб жевал; //
Бывало, вопишь голосом, // Как роженица корчишься, // Как схватит животы. // А ныне, милость Божия! — // Досыта у Губонина // Дают ржаного хлебушка, // Жую —
не нажуюсь! —
У батюшки, у матушки // С Филиппом
побывала я, // За дело принялась. // Три года, так считаю я, // Неделя за неделею, // Одним порядком шли, // Что год, то дети: некогда // Ни думать, ни печалиться, // Дай Бог с работой справиться // Да лоб перекрестить. // Поешь — когда останется // От старших да от деточек, // Уснешь — когда больна… // А на четвертый новое // Подкралось горе лютое — // К кому оно привяжется, // До смерти
не избыть!