Неточные совпадения
«Да, о чем, бишь, я думал? — спросил себя Нехлюдов, когда все эти перемены в природе кончились, и поезд спустился в выемку с высокими откосами. — Да, я думал о том, что все эти
люди: смотритель, конвойные, все эти служащие, большей частью
кроткие, добрые
люди, сделались злыми только потому, что они служат».
Этим объяснялось для Нехлюдова то удивительное явление, что самые
кроткие по характеру
люди, неспособные не только причинить, но видеть страданий живых существ, спокойно готовились к убийствам
людей, и все почти признавали в известных случаях убийство, как орудие самозащиты и достижения высшей цели общего блага, законным и справедливым.
— А затем он сам себя, своею волею ограничит. Он — трус, человек, он — жадный. Он — умный, потому что трус, именно поэтому. Позвольте ему испугаться самого себя. Разрешите это, и вы получите превосходнейших,
кротких людей, дельных людей, которые немедленно сократят, свяжут сами себя и друг друга и предадут… и предадутся богу благоденственного и мирного жития…
27 июня. Его грусть принимает вид безвыходного отчаяния. В те дни после грустных разговоров являлись минуты несколько посветлее. Теперь нет. Я не знаю, что мне делать. Я изнемогаю. Много надобно было, чтоб довесть этого
кроткого человека до отчаяния, — я довела его, я не умела сохранить эту любовь. Он не верит больше словам моей любви, он гибнет. Умереть бы мне теперь… сейчас, сейчас бы умерла!
Неточные совпадения
Один был отец семейства, по имени Кифа Мокиевич,
человек нрава
кроткого, проводивший жизнь халатным образом.
А подле гордо-стыдливой, покойной подруги спит беззаботно
человек. Он засыпает с уверенностью, проснувшись, встретить тот же
кроткий, симпатичный взгляд. И чрез двадцать, тридцать лет на свой теплый взгляд он встретил бы в глазах ее тот же
кроткий, тихо мерцающий луч симпатии. И так до гробовой доски!
Если бы кто-нибудь имел право спросить Алексея Александровича, что он думает о поведении своей жены, то
кроткий, смирный Алексей Александрович ничего не ответил бы, а очень бы рассердился на того
человека, который у него спросил бы про это.
Недели через две от этого помещика Лежёнь переехал к другому,
человеку богатому и образованному, полюбился ему за веселый и
кроткий нрав, женился на его воспитаннице, поступил на службу, вышел в дворяне, выдал свою дочь за орловского помещика Лобызаньева, отставного драгуна и стихотворца, и переселился сам на жительство в Орел.
Калиныч был
человек самого веселого, самого
кроткого нрава, беспрестанно попевал вполголоса, беззаботно поглядывал во все стороны, говорил немного в нос, улыбаясь, прищуривал свои светло-голубые глаза и часто брался рукою за свою жидкую, клиновидную бороду.