Неточные совпадения
Сущность богослужения состояла в том, что предполагалось, что вырезанные священником кусочки и положенные в
вино, при известных манипуляциях и молитвах, превращаются в тело и
кровь Бога.
Предполагалось, что в это самое время из хлеба и
вина делается тело и
кровь, и потому это место богослужения было обставлено особенной торжественностью.
Предварительно опросив детей об их именах, священник, осторожно зачерпывая ложечкой из чашки, совал глубоко в рот каждому из детей поочередно по кусочку хлеба в
вине, а дьячок тут же, отирая рты детям, веселым голосом пел песню о том, что дети едят тело Бога и пьют Его
кровь.
Никому в голову не приходило, что те священники, которые воображают себе, что в виде хлеба и
вина они едят тело и пьют
кровь Христа, действительно едят тело и пьют
кровь его, но не в кусочках и в
вине, а тем, что не только соблазняют тех «малых сих», с которыми Христос отожествлял себя, но и лишают их величайшего блага и подвергают жесточайшим мучениям, скрывая от людей то возвещение блага, которое он принес им.
Вина не пейте, ни браги, ни пива, ничего хмельного, —
вино кровь самого князя врагов Божьих — бойтесь к нему прикасаться, проклято оно Богом вышним.
А они учат тому, что если положить кусочки хлеба в вино и сказать над этими кусочками известные слова, то хлеб делается телом, а
вино кровью, и что есть этот хлеб и пить это вино очень полезно для спасения души.
Неточные совпадения
Тихо склонился он на руки подхватившим его козакам, и хлынула ручьем молодая
кровь, подобно дорогому
вину, которое несли в склянном сосуде из погреба неосторожные слуги, поскользнулись тут же у входа и разбили дорогую сулею: все разлилось на землю
вино, и схватил себя за голову прибежавший хозяин, сберегавший его про лучший случай в жизни, чтобы если приведет Бог на старости лет встретиться с товарищем юности, то чтобы помянуть бы вместе с ним прежнее, иное время, когда иначе и лучше веселился человек…
Чертопханов до конца дней своих держался того убеждения, что
виною Машиной измены был некий молодой сосед, отставной уланский ротмистр, по прозвищу Яфф, который, по словам Пантелея Еремеича, только тем и брал, что беспрерывно крутил усы, чрезвычайно сильно помадился и значительно хмыкал; но, полагать надо, тут скорее воздействовала бродячая цыганская
кровь, которая текла в жилах Маши.
Как это все укладывалось в его голове и почему это казалось ему так просто — объяснить не легко, хотя и не совсем невозможно: обиженный, одинокий, без близкой души человеческой, без гроша медного, да еще с
кровью, зажженной
вином, он находился в состоянии, близком к помешательству, а нет сомнения в том, что в самых нелепых выходках людей помешанных есть, на их глаза, своего рода логика и даже право.
Он исчез. Парень подошел к столу, взвесил одну бутылку, другую, налил в стакан
вина, выпил, громко крякнул и оглянулся, ища, куда плюнуть. Лицо у него опухло, левый глаз почти затек, подбородок и шея вымазаны
кровью. Он стал еще кудрявей, — растрепанные волосы его стояли дыбом, и он был еще более оборван, — пиджак вместе с рубахой распорот от подмышки до полы, и, когда парень пил
вино, — весь бок его обнажился.
— Попробуйте это
вино. Его присылает мне из Прованса мой дядя. Это — чистейшая
кровь нашего южного солнца. У Франции есть все и — даже лишнее: Эйфелева башня. Это сказал Мопассан. Бедняга! Венера была немилостива к нему.