Тогда он был честный, самоотверженный юноша, готовый отдать себя на всякое доброе дело, — теперь он был развращенный, утонченный эгоист, любящий только свое наслаждение.
Купец Смельков, по определению товарища прокурора, был тип могучего, нетронутого русского человека с его широкой натурой, который, вследствие своей доверчивости и великодушия, пал жертвою глубоко развращенных личностей, во власть которых он попал.
Что же мы делаем? Мы хватаем такого одного случайно попавшегося нам мальчика, зная очень хорошо, что тысячи таких остаются не пойманными, и сажаем его в тюрьму, в условия совершенной праздности или самого нездорового и бессмысленного труда, в сообщество таких же, как и он, ослабевших и запутавшихся в жизни людей, а потом ссылаем его на казенный счет в сообщество самых развращенных людей из Московской губернии в Иркутскую.
К этим людям он, ближе узнав их, причислил и тех развращенных, испорченных людей, которых новая школа называет преступным типом и существование которых в обществе признается главным доказательством необходимости уголовного закона и наказания.
Но какой смысл имеет то, чтобы человека, развращенного праздностью и дурным примером, запереть в тюрьму, в условия обеспеченной и обязательной праздности, в сообщество самых развращенных людей? или перевезти зачем-то на казенный счет — каждый стоит более 500 рублей — из Тульской губернии в Иркутскую или из Курской…
В-четвертых, люди эти насильственно соединялись с исключительно развращенными жизнью (и в особенности этими же учреждениями) развратниками, убийцами и злодеями, которые действовали, как закваска на тесто, на всех еще не вполне развращенных употребленными средствами людей.
– Отсюда происходит, что при всех пороках и страстях человеческих, при всей примечаемой иногда дерзости развращённых умов и сердец, нигде не видим мы вопияния против сроднаго каждому чувствования любви к отечеству.
Конечно, это было задумано как игра и, может быть, для в достаточной мере развращённых людей, ощущающих остроту и реализм этих изображений.
– Отсюда происходит, что при всех пороках и страстях человеческих, при всей примечаемой иногда дерзости развращённых умов и сердец, нигде не видим мы вопияния против сроднаго каждому чувствования любви к отечеству.
– Я в это не верю! – воскликнул д’Альвимар. – В наш развращённый век женщины предпочитают покровительствовать своим любовникам, а не мужьям.