Из города донесся по воде гул и медное дрожание большого охотницкого колокола. Стоявший подле Нехлюдова ямщик и все подводчики одни за другими сняли шапки и перекрестились. Ближе же всех стоявший у перил невысокий лохматый старик, которого Нехлюдов сначала не заметил, не перекрестился, а, подняв голову, уставился на Нехлюдова. Старик этот был одет в заплатанный òзям, суконные штаны и разношенные, заплатанные бродни. За плечами была небольшая сумка, на голове высокая меховая вытертая шапка.
Перед утром связанного Райнера положили на фурманку; в головах у него сидел подводчик, в ногах часовой солдат с ружьем. Отдохнувший отряд снялся и тронулся в поход.
Когда они проходили двором, то возов и подводчиков уже не было, все они еще рано утром уехали на пристань. В дальнем углу двора темнела знакомая бричка; возле нее стояли гнедые и ели овес.
Усоловцы крестилися, Начальник бил глашатая: «Попомнишь ты, анафема, Судью ерусалимского!» У парня, у подводчика, С испуга вожжи выпали И волос дыбом стал! И, как на грех, воинская Команда утром грянула: В Устой, село недальное, Солдатики пришли. Допросы! усмирение! — Тревога! по спопутности Досталось и усоловцам: Пророчество строптивого Чуть в точку не сбылось.
Между тем есть немало подводчиков, которые владеют несколькими сотнями верблюдов, частью собственных, частью взятых внаём у бедных монголов, которым самим не стоит отправляться в извоз с несколькими животными.
Ропот наших подводчиков достиг крайней степени и утишился лишь тогда, когда мы подарили им одну из убитых антилоп.
Между тем есть немало подводчиков, которые владеют несколькими сотнями верблюдов, частью собственных, частью взятых внаём у бедных монголов, которым самим не стоит отправляться в извоз с несколькими животными.
Раздосадованные и обозлённые подводчики, бросив вожжи, опять схватились за винтовки и открыли ответную стрельбу.