— Наташу, Наташу!.. — кричала графиня. — Неправда, неправда… Он лжет… Наташу! — кричала она, отталкивая от себя окружающих. — Подите прочь все, неправда! Убили!..
ха ха ха!.. неправда!
Неточные совпадения
— Го, го, го!
ха,
ха,
ха,
ха! Ух! Ух! — раздался между солдатами грохот такого здорового и веселого хохота, невольно через цепь сообщившегося и французам, что после этого нужно было, казалось, разрядить ружья, взорвать заряды и разойтись поскорее всем по домам.
— Славно служит, славно. При чем я числюсь! Ха-ха-ха! — засмеялся князь Николай Андреевич.
Кто-то голосом, похожим на голос Сперанского, отчетливо отбивал:
ха…
ха…
ха…
— Женись, женись, голубчик… Родство хорошее!… Умные люди, а? Богатые, а? Да. Хороша мачиха у Николушки будет! Напиши ты ему, что пускай женится хоть завтра. Мачиха Николушки будет — она, а я на Бурьенке женюсь!…
Ха,
ха,
ха, и ему чтобы без мачихи не быть! Только одно, в моем доме больше баб не нужно; пускай женится, сам по себе живет. Может, и ты к нему переедешь? — обратился он к княжне Марье: — с Богом, по морозцу, по морозцу… по морозцу!…
— Ха-ха-ха!… Гусар-то, гусар-то! Точно мальчик, и ноги!… Я видеть не могу… — слышались голоса.
— Ха-ха-ха! Театр войны! — сказал князь. — Я говорил и говорю, что театр войны есть Польша, и дальше Немана никогда не проникнет неприятель.
— Paris la capitale du monde… [
Ха —
ха —
ха!.. А вот сказал штуку. — Париж?… Но Париж… Париж… — Париж — столица мира…] — сказал Пьер, доканчивая его речь.
—
Ха,
ха,
ха! Ай да Николай Иванович!
ха,
ха,
ха!..
—
Ха,
ха,
ха! — смеялся Пьер. И он проговорил вслух сам с собою: — Не пустил меня солдат. Поймали меня, заперли меня. В плену держат меня. Кого меня? Меня? Меня — мою бессмертную душу!
Ха,
ха,
ха!..
Ха,
ха,
ха!.. — смеялся он с выступившими на глаза слезами.
Неточные совпадения
— Чтобы отдать тебе мертвых душ? Да за такую выдумку я их тебе с землей, с жильем! Возьми себе все кладбище!
Ха,
ха,
ха,
ха! Старик-то, старик!
Ха,
ха,
ха,
ха! В каких дураках!
Ха,
ха,
ха,
ха!
— Ну, брат, извини: тебя сам черт угораздил на такую штуку.
Ха,
ха,
ха! Попотчевать старика, подсунуть ему мертвых!
Ха,
ха,
ха,
ха! Дядя-то, дядя! В каких дураках дядя!
Ха,
ха,
ха,
ха!
— Ничего, мой друг.
Ха,
ха,
ха! Ступай к себе, мы сейчас явимся обедать.
Ха,
ха,
ха!
— Полюби нас черненькими, а беленькими нас всякий полюбит.
Ха,
ха,
ха,
ха!
А эти полячишки… ха-ха-ха!