Неточные совпадения
Казалось бы, что отвергнув верования древних о подчинении людей Божеству и об определенной цели, к которой ведутся народы,
новая наука должна бы была изучать не проявления власти, а причины, образующие ее. Но она не сделала этого. Отвергнув в теории воззрения прежних
историков, она следует им на практике.
Новая история отвергла прежние верования, не поставив на место их
нового воззрения, и логика положения заставила
историков, мнимо отвергших божественную власть царей и фатум древних, притти другим путем к тому же самому: к признанию тoгo, что 1) народы руководятся единичными людьми, и 2) что существует известная цель, к которой движутся народы и человечество.
История как будто предполагает, что сила эта сама собой разумеется и всем известна. Но, несмотря на всё желание признать эту
новую силу известною, тот, кто прочтет очень много исторических сочинений, невольно усомнится в том, чтобы
новая сила эта, различно понимаемая самими
историками, была всем совершенно известна.
Но допустив даже, что справедливы все хитросплетенные рассуждения, которыми наполнены эти истории; допустив, что народы управляются какою-то неопределимою силой, называемою идеей, — существенный вопрос истории всё-таки или остается без ответа, или к прежней власти монархов и к вводимому общими
историками влиянию советчиков и других лиц присоединяется еще
новая сила идеи, связь которой с массами требует объяснения.
Говоря таким образом,
историки культуры невольно противоречат самим себе, они доказывают, что та
новая сила, которую они придумали, не выражает исторических событий, а что единственное средство понимать историю есть та власть, которой они будто бы не признают.
Неточные совпадения
— Жюли, это сказал не Карасен, — и лучше зови его: Карамзин, — Карамзин был
историк, да и то не русский, а татарский, — вот тебе
новое доказательство разнообразия наших типов. О ножках сказал Пушкин, — его стихи были хороши для своего времени, но теперь потеряли большую часть своей цены. Кстати, эскимосы живут в Америке, а наши дикари, которые пьют оленью кровь, называются самоеды.
Мы очень хорошо понимаем, что от русского
историка, изображающего события
новой русской истории, начиная с Петра, невозможно еще требовать ничего более фактической верности и полноты.
Эта глава именно показывает, что автор не вовсе чужд общей исторической идеи, о которой мы говорили; но вместе с тем в ней же находится очевидное доказательство того, как трудно современному русскому
историку дойти до сущности, до основных начал во многих явлениях нашей
новой истории.
Но, как правдивый
историк, я не могу скрыть, что
новое помпадурство Надежды Петровны далеко не имело того кроткого характера, как первое. Напротив того, оно ознаменовалось несколькими жестокостями, которые, по мнению моему, были, по малой мере, бесполезны.
Фишер Куно(1824–1907) — немецкий
историк философии, автор фундаментального восьмитомного труда «История
новой философии».