Неточные совпадения
Маленькая княгиня, переваливаясь, маленькими быстрыми шажками обошла стол с рабочею сумочкой
на руке и, весело оправляя платье,
села на диван, около серебряного самовара, как будто всё, что́ она ни делала, было partie de plaisir [увеселением] для нее и для всех ее окружавших.
Он
сел подле жены, облокотив молодецки
руки на колена и взъерошивая седые волосы.
Пока расстанавливались пары и строили музыканты, Пьер
сел с своею маленькою дамой. Наташа была совершенно счастлива; она танцовала с большим, с приехавшим из-за границы. Она сидела
на виду у всех и разговаривала с ним, как большая. У нее в
руке был веер, который ей дала подержать одна барышня. И, приняв самую светскую позу (Бог знает, где и когда она этому научилась), она, обмахиваясь веером и улыбаясь через веер, говорила с своим кавалером.
Проводив главнокомандующего, князь Василий
сел в зале один
на стул, закинув высоко ногу
на ногу,
на коленку упирая локоть и
рукою закрыв глаза. Посидев так несколько времени, он встал и непривычно-поспешными шагами, оглядываясь кругом испуганными глазами, пошел чрез длинный корридор
на заднюю половину дома, к старшей княжне.
Он принял молча перчатку [от] адъютанта,
сел на место дамы, положив свои большие
руки на симметрично-выставленные колени, в наивной позе египетской статуи, и решил про себя, что всё это так именно должно быть и что ему в нынешний вечер, для того чтобы не потеряться и не наделать глупостей, не следует действовать по своим соображениям, а надобно предоставить себя вполне
на волю тех, которые руководили им.
В то время как Ростов делал эти соображения и печально отъезжал от государя, капитан фон-Толь случайно наехал
на то же место и, увидав государя, прямо подъехал к нему, предложил ему свои услуги и помог перейти пешком через канаву. Государь, желая отдохнуть и чувствуя себя нездоровым,
сел под яблочное дерево, и Толь остановился подле него. Ростов издалека с завистью и раскаянием видел, как фон-Толь что-то долго и с жаром говорил государю, как государь, видимо, заплакав, закрыл глаза
рукой и пожал
руку Толю.
— Charmée de vous voir. Je suis très contente de vous voir, [ — Очень рада вас видеть. Очень рада.] — сказала она Пьеру, в то время, как он целовал ее
руку. Она знала его ребенком, и теперь дружба его с Андреем, его с женою, а главное, его доброе, простое лицо расположили ее к нему. Она смотрела
на него своими прекрасными, лучистыми глазами и, казалось, говорила: «я вас очень люблю, но пожалуйста не смейтесь над моими». Обменявшись первыми фразами приветствия, они
сели.
Борис в числе немногих был
на Немане в день свидания императоров; он видел плоты с вензелями, проезд Наполеона по тому берегу мимо французской гвардии, видел задумчивое лицо императора Александра, в то время как он молча сидел в корчме
на берегу Немана, ожидая прибытия Наполеона; видел, как оба императора
сели в лодки и как Наполеон, приставши прежде к плоту, быстрыми шагами пошел вперед и, встречая Александра, подал ему
руку, и как оба скрылись в павильоне.
Царь замахал правою
рукой, и, видимо робея, дурно пропел что-то, и
сел на малиновый трон.
— Убирайся к чорту, — сказал Анатоль и, взявшись за волосы, вышел в другую комнату и тотчас же вернулся и с ногами
сел на кресло близко перед Долоховым. — Это чорт знает что́ такое! А? Ты посмотри, как бьется! — Он взял
руку Долохова и приложил к своему сердцу. — Ah! quel pied, mon cher, quel regard! Une déesse!! [ — Какая ножка, любезный друг, какой взгляд! Богиня!!] A?
Ростов, не желая навязывать свое знакомство княжне, не пошел к ней, а остался
на деревне, ожидая ее выезда. Дождавшись выезда экипажей княжны Марьи из дома, Ростов
сел верхом и до пути, занятого нашими войсками, в двенадцати верстах от Богучарова, верхом провожал ее. В Янкове,
на постоялом дворе, он простился с нею почтительно, в первый раз позволив себе поцеловать ее
руку.
Генерал
садился на лошадь, которую подал ему казак. Пьер подошел к своему берейтору, державшему лошадей. Спросив, которая посмирнее, Пьер влез
на лошадь, схватился за гриву, прижал каблуки вывернутых ног к животу лошади, и чувствуя, что очки его спадàют и что он не в силах отнять
рук от гривы и поводьев, поскакал за генералом, возбуждая улыбки штабных, с кургана смотревших
на него.
И когда Дуняша охотно обещалась ей всё сделать, Наташа
села на пол, взяла в
руки старое бальное платье и задумалась совсем не о том, чтó бы должно было занимать ее теперь. Из задумчивости, в которой находилась Наташа, вывел ее говор девушек в соседней девичьей и звуки их поспешных шагов из девичьей
на заднее крыльцо. Наташа встала и посмотрела в окно.
На улице остановился огромный поезд раненых.
Он, неестественно улыбаясь и что-то бормоча, то
садился на диван в беспомощной позе, то вставал, подходил к двери и заглядывал в щелку в приемную, то, махая
руками, возвращался назад и брался за книгу.
Герасим открыл один ставень и
на цыпочках вышел из комнаты. Пьер обошел кабинет, подошел к шкафу, в котором лежали рукописи, и достал одну из важнейших когда-то святынь ордена. Это были подлинные шотландские акты с примечаниями и объяснениями благодетеля. Он
сел за письменный запыленный стол и положил перед собой рукописи, раскрывал, закрывал их и наконец, отодвинув их от себя, облокотившись головой
на руки, задумался.
Когда он, в мертвой тишине кабинета,
сел облокотившись
на руки над запыленным письменным столом покойника, в его воображении спокойно и значительно, одно за другим, стали представляться воспоминания последних дней, в особенности Бородинского сражения и того непреодолимого для него ощущения своей ничтожности и лживости в сравнении с правдой, простотой и силой того разряда людей, которые отпечатались у него в душе под названием: они.
Она вздрогнула, оглянулась
на него и, заслоняя свечу
рукой, осторожным, гибким и точным движением изогнулась, подняла клубок и
села в прежнее положение.
Он выпустил, пожав, ее
руку, и она перешла к свече и опять
села в прежнее положение. Два раза она оглянулась
на него, глаза его светились ей навстречу. Она задала себе урок
на чулке и сказала себе, что до тех пор она не оглянется, пока не кончит его.
Он приподнялся и
сел. У костра, присев
на корточках, сидел француз, только что оттолкнувший русского солдата, и жарил надетое
на шомпол мясо. Жилистые, засученные, обросшие волосами, красные
руки, с короткими пальцами ловко поворачивали шомпол. Коричневое, мрачное лицо, с насупленными бровями, ясно виднелось в свете угольев.
Неточные совпадения
Итак, отдавши нужные приказания еще с вечера, проснувшись поутру очень рано, вымывшись, вытершись с ног до головы мокрою губкой, что делалось только по воскресным дням, — а в тот день случись воскресенье, — выбрившись таким образом, что щеки сделались настоящий атлас в рассуждении гладкости и лоска, надевши фрак брусничного цвета с искрой и потом шинель
на больших медведях, он сошел с лестницы, поддерживаемый под
руку то с одной, то с другой стороны трактирным слугою, и
сел в бричку.
— Прошу прощенья! я, кажется, вас побеспокоил. Пожалуйте,
садитесь сюда! Прошу! — Здесь он усадил его в кресла с некоторою даже ловкостию, как такой медведь, который уже побывал в
руках, умеет и перевертываться, и делать разные штуки
на вопросы: «А покажи, Миша, как бабы парятся» или: «А как, Миша, малые ребята горох крадут?»
Но господа средней
руки, что
на одной станции потребуют ветчины,
на другой поросенка,
на третьей ломоть осетра или какую-нибудь запеканную колбасу с луком и потом как ни в чем не бывало
садятся за стол в какое хочешь время, и стерляжья уха с налимами и молоками шипит и ворчит у них меж зубами, заедаемая расстегаем или кулебякой с сомовьим плёсом, [Сомовий плёс — «хвост у сома, весь из жира».
Мавра ушла, а Плюшкин,
севши в кресла и взявши в
руку перо, долго еще ворочал
на все стороны четвертку, придумывая: нельзя ли отделить от нее еще осьмушку, но наконец убедился, что никак нельзя; всунул перо в чернильницу с какою-то заплесневшею жидкостью и множеством мух
на дне и стал писать, выставляя буквы, похожие
на музыкальные ноты, придерживая поминутно прыть
руки, которая расскакивалась по всей бумаге, лепя скупо строка
на строку и не без сожаления подумывая о том, что все еще останется много чистого пробела.
Я лежал
на диване, устремив глаза в потолок и заложив
руки под затылок, когда Вернер взошел в мою комнату. Он
сел в кресла, поставил трость в угол, зевнул и объявил, что
на дворе становится жарко. Я отвечал, что меня беспокоят мухи, — и мы оба замолчали.