Неточные совпадения
— «Je leur ai montré le chemin de la gloire» — сказал он после недолгого молчания, опять повторяя слова Наполеона: — «ils n’en ont pas voulu; je leur ai ouvert mes antichambres, ils se sont précipités en foule»… Je ne sais pas à quel point il a eu le droit de le dire. [«Я показал им путь
славы: они не хотели; я открыл им мои передние: они бросились
толпой…» Не знаю, до какой степени имел он право так говорить.]
Девушка улыбнулась и взяла. Несвицкий, как и все, бывшие на мосту, не спускал глаз с женщин, пока они не проехали. Когда они проехали, опять
шли такие же солдаты, с такими же разговорами, и, наконец, все остановились. Как это часто бывает, на выезде моста замялись лошади в ротной повозке, и вся
толпа должна была ждать.
Въехав в деревню, он слез с лошади и
пошел к первому дому с намерением отдохнуть хоть на минуту, съесть что-нибудь и привесть в ясность все эти оскорбительные, мучившие его мысли. «Это
толпа мерзавцев, а не войско», думал он, подходя к окну первого дома, когда знакомый ему голос назвал его по имени.
Ближайшие солдаты замялись, орудийный ездовой остановил свою лошадь, но сзади всё еще слышались крики: «
Пошел на лед, что стал,
пошел!
пошел!» И крики ужаса послышались в
толпе.
Пьер
шел, переваливаясь своим толстым телом, раздвигая
толпу, кивая направо и налево так же небрежно и добродушно, как бы он
шел по
толпе базара. Он продвигался через
толпу, очевидно отыскивая кого-то.
Страдая и замирая в душе, как всегда в
толпе, Наташа
шла в своем лиловом, шелковом, с черными кружевами платье, так, как умеют ходить женщины, — тем спокойнее и величавее, чем больнее и стыднее у ней было на душе.
Толпа мужиков и дворовых
шла по лугу, с открытыми головами приближаясь к князю Андрею.
Ополченцы и те, которые были в деревне, и те, котóрые работали на батарее, побросав лопаты, побежали навстречу церковному шествию. За батальоном, шедшим по пыльной дороге,
шли в ризах священники, один старичок в клобуке с причтом и певчими. За ними солдаты и офицеры несли большую, с черным ликом в окладе, икону. Это была икона, вывезенная из Смоленска и с того времени возимая за армией. За иконой, кругом ее, впереди ее, со всех сторон
шли, бежали и кланялись в землю с обнаженными головами
толпы военных.
Приказав вести за собой лошадь, Пьер
пошел по улице к кургану, с которого он вчера смотрел на поле сражения. На кургане этом была
толпа военных и слышался французский говор штабных, и виднелась седая голова Кутузова, с его белою с красным околышем фуражкой и седым затылком, утонувшим в плечи. Кутузов смотрел в трубу вперед по большой дороге.
Толпы раненых, знакомых и незнакомых Пьеру, русских и французов, с изуродованными страданием лицами,
шли, ползли и на носилках неслись с батареи.
Другие
толпы, измученные и голодные, ведомые начальниками,
шли вперед.
Во второй раз, уже в конце Бородинского сражения, сбежав с батареи Раевского, Пьер с
толпами солдат направился по оврагу к Князькову, дошел до перевязочного пункта и, увидав кровь и услыхав крики и стоны, поспешно
пошел дальше, замешавшись в
толпы солдат.
— Что пустое говорить! — отзывалось в
толпе. — Как же, так и бросят Москву-то! Тебе на смех сказали, а ты и поверил. Мало ли войсков наших
идет. Так его и пустили! На то начальство. Вон послушай, что̀ народ-то бает, — говорили, указывая на высокого малого.
— Граф не уехал, он здесь, и об вас распоряжение будет, — сказал полицеймейстер. —
Пошел! — сказал он кучеру.
Толпа остановилась, скучиваясь около тех, которые слышали то, что̀ сказало начальство и глядя на отъезжающие дрожки.
В то время как Верещагин упал, и
толпа с диким ревом стеснилась и заколыхалась над ним, Растопчин вдруг побледнел и, вместо того, чтоб итти к заднему крыльцу, у которого ждали его лошади, он, сам не зная куда и зачем, опустив голову, быстрыми шагами
пошел по коридору, ведущему в комнаты нижнего этажа. Лицо графа было бледно, и он не мог остановить трясущуюся как в лихорадке нижнюю челюсть.
— Трижды убили меня, трижды воскресал из мертвых. Они побили каменьями, распяли меня… Я воскресну… воскресну… воскресну. Растерзали мое тело. Царствие Божие разрушится… Трижды разрушу и трижды воздвигну его, — кричал он, всё возвышая и возвышая голос. Граф Растопчин вдруг побледнел, так, как он побледнел тогда, когда
толпа бросилась на Верещагина. Он отвернулся. Пош…
пошел скорее! — крикнул он на кучера дрожащим голосом.
— Marchez, sacré nom… Filez… trente mille diables… [
Иди!
иди! Черти! Дьяволы!..] — послышались ругательства конвойных, и французские солдаты с новым озлоблением разогнали тесаками
толпу пленных, смотревшую на мертвого человека.
Случайность
посылает ему в руки герцога Энгиенского и нечаянно заставляет его убить, тем самым, сильнее всех других средств, убеждая
толпу, что он имеет право, так как он имеет силу.
Неточные совпадения
Осклабился, товарищам // Сказал победным голосом: // «Мотайте-ка на ус!» //
Пошло,
толпой подхвачено, // О крепи слово верное // Трепаться: «Нет змеи — // Не будет и змеенышей!» // Клим Яковлев Игнатия // Опять ругнул: «Дурак же ты!» // Чуть-чуть не подрались!
Да, видно, Бог прогневался. // Как восемь лет исполнилось // Сыночку моему, // В подпаски свекор сдал его. // Однажды жду Федотушку — // Скотина уж пригналася, // На улицу
иду. // Там видимо-невидимо // Народу! Я прислушалась // И бросилась в
толпу. // Гляжу, Федота бледного // Силантий держит за ухо. // «Что держишь ты его?» // — Посечь хотим маненичко: // Овечками прикармливать // Надумал он волков! — // Я вырвала Федотушку, // Да с ног Силантья-старосту // И сбила невзначай.
Поэтому
толпа уж совсем было двинулась вперед, чтоб исполнить совет Пахомыча, как возник вопрос, куда
идти: направо или налево?
— Да, да, прощай! — проговорил Левин, задыхаясь от волнения и, повернувшись, взял свою палку и быстро
пошел прочь к дому. При словах мужика о том, что Фоканыч живет для души, по правде, по-Божью, неясные, но значительные мысли
толпою как будто вырвались откуда-то иззаперти и, все стремясь к одной цели, закружились в его голове, ослепляя его своим светом.
Неведовскому переложили, как и было рассчитано, и он был губернским предводителем. Многие были веселы, многие были довольны, счастливы, многие в восторге, многие недовольны и несчастливы. Губернский предводитель был в отчаянии, которого он не мог скрыть. Когда Неведовский
пошел из залы,
толпа окружила его и восторженно следовала за ним, так же как она следовала в первый день за губернатором, открывшим выборы, и так же как она следовала за Снетковым, когда тот был выбран.