Неточные совпадения
Она провела его в темную гостиную, и Пьер
рад был, что никто там не
видел его лица. Анна Михайловна ушла от него, и когда она вернулась, он, подложив под голову руку, спал крепким сном.
— Ах, какое несчастие! Дело, вы говорите, решительное? Мортье не взят, однако. (Он подумал.) Очень
рад, что вы привезли хорошие вести, хотя смерть Шмита есть дорогая плата за победу. Его величество, верно, пожелает вас
видеть, но не нынче. Благодарю вас, отдохните. Завтра будьте на выходе после парада. Впрочем, я вам дам знать.
— Ну, и кончено, мой милый. Очень
рад тебя
видеть, очень
рад тебя
видеть. Поди к себе, княжна, поди, — говорил старый князь. — Очень, очень
рад тебя
видеть, — повторял он, обнимая князя Василья.
— Ах, какая досада! — сказал Долгоруков, поспешно вставая и пожимая руки князя Андрея и Бориса. — Вы знаете, я очень
рад сделать всё, что́ от меня зависит, и для вас и для этого милого молодого человека. — Он еще раз пожал руку Бориса с выражением добродушного, искреннего и оживленного легкомыслия. — Но вы
видите… до другого раза!
— Ах, это ты, очень
рад, очень
рад тебя
видеть, — сказал он однако, улыбаясь и подвигаясь к нему. Но Ростов заметил первое его движение.
«
Видел сон, будто Иосиф Алексеевич в моем доме сидит, и я
рад очень, и желаю угостить его.
— Очень
рад вас
видеть, князь, — сказал он. — Минутку… обратился он к Магницкому, прерывая его рассказ. — У нас нынче уговор: обед удовольствия, и ни слова про дела. — И он опять обратился к рассказчику, и опять засмеялся.
— Здравствуйте, генерал! — сказал он. — Я получил письмо императора Александра, которое вы доставили, и очень
рад вас
видеть. — Он взглянул в лицо Балашева своими большими глазами и тотчас же стал смотреть мимо него.
— Очень
рад тебя
видеть, пройди туда, где они собрались, и подожди меня. — Государь прошел в кабинет. За ним прошел князь Петр Михайлович Волконский, барон Штейн, и за ними затворились двери. Князь Андрей, пользуясь разрешением государя, прошел с Паулучи, которого он знал по Турции, в гостиную, где собрался совет.
— Allez donc, il у voit assez, [Э, вздор, он достаточно
видит, поверьте,] — сказал князь Василий своим басистым, быстрым голосом с покашливанием, тем голосом и с тем покашливанием, которым он разрешал все трудности. — Allez, il у voit assez, — повторил он. — И чему я
рад, — продолжал он, — это тому, что государь дал ему полную власть над всеми армиями, над всем краем — власть, которой никогда не было ни у какого главнокомандующего. Это другой самодержец, — заключил он с победоносною улыбкой.
— Ну, я
рад тебя
видеть, — перебил его Денисов, и лицо его приняло опять озабоченное выражение.
«Умная», — предостерегающе и уже не впервые напомнил себе Клим Иванович; комплимент ее не показался ему особенно лестным, но он был
рад видеть Елену. Одетая, по обыкновению, пестро, во что-то шерстяное, мягкое, ловкая, точно котенок. Полулежа на диване с папиросой в зубах, она оживленно рассказывала, прищелкивая пальцами правой руки:
Неточные совпадения
— Я тут еще беды не
вижу. // «Да скука, вот беда, мой друг». // — Я модный свет ваш ненавижу; // Милее мне домашний круг, // Где я могу… — «Опять эклога! // Да полно, милый, ради Бога. // Ну что ж? ты едешь: очень жаль. // Ах, слушай, Ленский; да нельзя ль //
Увидеть мне Филлиду эту, // Предмет и мыслей, и пера, // И слез, и рифм et cetera?.. // Представь меня». — «Ты шутишь». — «Нету». // — Я
рад. — «Когда же?» — Хоть сейчас // Они с охотой примут нас.
Автор признается, этому даже
рад, находя, таким образом, случай поговорить о своем герое; ибо доселе, как читатель
видел, ему беспрестанно мешали то Ноздрев, то балы, то дамы, то городские сплетни, то, наконец, тысячи тех мелочей, которые кажутся только тогда мелочами, когда внесены в книгу, а покамест обращаются в свете, почитаются за весьма важные дела.
— А чего ты опять краснеешь? Ты лжешь, сестра, ты нарочно лжешь, по одному только женскому упрямству, чтобы только на своем поставить передо мной… Ты не можешь уважать Лужина: я
видел его и говорил с ним. Стало быть, продаешь себя за деньги и, стало быть, во всяком случае поступаешь низко, и я
рад, что ты, по крайней мере, краснеть можешь!
Он, может быть, и
рад бы был душой, // Да надобности сам не
вижу я большой // Дочь выдавать ни завтра, ни сегодня;
— Здравствуй, Илья. Как я
рад тебя
видеть! Ну, что, как ты поживаешь? Здоров ли? — спросил Штольц.