Неточные совпадения
Они вошли в изящно, заново, богато отделанную столовую. Всё, от салфеток до серебра, фаянса и хрусталя, носило на себе тот особенный отпечаток новизны, который бывает в хозяйстве молодых супругов. В середине ужина князь Андрей облокотился и, как человек, давно имеющий что-нибудь на сердце и вдруг решающийся высказаться, с выражением нервного раздражения, в каком Пьер никогда
еще не видал своего приятеля,
начал говорить...
Было то время перед званым обедом, когда собравшиеся гости
не начинают длинного разговора в ожидании призыва к закуске, а вместе с тем считают необходимым шевелиться и
не молчать, чтобы показать, что они нисколько
не нетерпеливы сесть за стол. Хозяева поглядывают на дверь и изредка переглядываются между собой. Гости по этим взглядам стараются догадаться, кого или чего
еще ждут: важного опоздавшего родственника или кушанья, которое
еще не поспело.
И Наташа, распустив свой большой рот и сделавшись совершенно дурною, заревела, как ребенок,
не зная причины и только оттого, что Соня плакала. Соня хотела поднять голову, хотела отвечать, но
не могла и
еще больше спряталась. Наташа плакала, присев на синей перине и обнимая друга. Собравшись с силами, Соня приподнялась,
начала утирать слезы и рассказывать.
— Потому и
не начинаю, государь, — сказал звучным голосом Кутузов, как бы предупреждая возможность
не быть расслышанным, и в лице его
еще раз что-то дрогнуло. — Потому и
не начинаю, государь, что мы
не на параде, и
не на Царицыном лугу, — выговорил он ясно и отчетливо.
На правом фланге у Багратиона в 9 часов дело
еще не начиналось.
Не желая согласиться на требование Долгорукова
начинать дело и желая отклонить от себя ответственность, князь Багратион предложил Долгорукову послать спросить о том главнокомандующего. Багратион знал, что, по расстоянию почти 10-ти верст, отделявшему один фланг от другого, ежели
не убьют того, кого пошлют (чтó было очень вероятно), и ежели он даже и найдет главнокомандующего, чтó было весьма трудно, посланный
не успеет вернуться раньше вечера.
Уже было
начало июня, когда князь Андрей, возвращаясь домой, въехал опять в ту березовую рощу, в которой этот старый, корявый дуб так странно и памятно поразил его. Бубенчики
еще глуше звенели в лесу, чем полтора месяца тому назад; всё было полно, тенисто и густо; и молодые ели, рассыпанные по лесу,
не нарушали общей красоты и, подделываясь под общий характер, нежно зеленели пушистыми молодыми побегами.
— Si vous envisagez la question sous ce point de vue, [ — Ежели вы смотрите на дело с этой точки зрения,] —
начал он, с очевидным затруднением выговаривая по-французски и говоря
еще медленнее, чем по-русски, но совершенно спокойно. Он сказал, что честь, l’honneur,
не может поддерживаться преимуществами вредными для хода службы, что честь, l’honneur, есть или: отрицательное понятие неделанья предосудительных поступков, или известный источник соревнования для получения одобрения и наград, выражающих его.
Берг был доволен и счастлив. Улыбка радости
не сходила с его лица. Вечер был очень хорош и совершенно такой, как и другие вечера, которые он видел. Всё было похоже. И дамские, тонкие разговоры, и карты, и за картами генерал, возвышающий голос, и самовар, и печенье; но одного
еще недоставало, того, что́ он всегда видел на вечерах, которым он желал подражать. Недоставало громкого разговора между мужчинами и спора о чем-нибудь важном и умном. Генерал
начал этот разговор и к нему-то Берг привлек Пьера.
Еще в
начале этой травли, Данило, услыхав улюлюканье, выскочил на опушку леса. Он видел, как Карай взял волка и остановил лошадь, полагая, что дело было кончено. Но когда охотники
не слезли, волк встряхнулся и опять пошел на утек, Данило выпустил своего бурого
не к волку, а прямою линией к засеке так же, как Карай, — на перерез зверю. Благодаря этому направлению, он подскакивал к волку в то время, как во второй раз его остановили дядюшкины собаки.
Перед
началом второго акта в партере показалась фигура Пьера, которого
еще с приезда
не видали Ростовы.
В день отъезда графа, Соня с Наташей были званы на большой обед к Курагиным, и Марья Дмитриевна повезла их. На обеде этом Наташа опять встретилась с Анатолем, и Соня заметила, что Наташа говорила с ним что-то, желая
не быть услышанною, и всё время обеда была
еще более взволнована, чем прежде. Когда они вернулись домой, Наташа
начала первая с Соней то объяснение, которого ждала ее подруга.
Соня стала
еще внимательнее наблюдать свою подругу и заметила, что Наташа была всё время обеда и вечер в странном и неестественном состоянии (отвечала невпопад на делаемые ей вопросы,
начинала и
не доканчивала фразы, всему смеялась).
— Бабы, бабы, бабьи сборы! — проговорил Алпатыч про себя и поехал, оглядывая вокруг себя поля, где с пожелтевшею рожью, где с густым
еще зеленым овсом, где
еще черные, которые только
начинали, двоить. Алпатыч ехал, любуясь на редкостный урожай ярового в нынешнем году, приглядываясь к полоскам ржаных полей, на которых кое-где
начинали зажинать, и делал свои хозяйственные соображения о посеве и уборке, и о том,
не забыто ли какое княжеское приказание.
Но так как атака на наш левый фланг произошла вечером вслед за отступлением нашего ариергарда, т. е. непосредственно после сражения при Гридневой, и так как русские военачальники
не хотели или
не успели
начать тогда же 24-го вечером генерального сражения, то первое и главное действие Бородинского сражения было проиграно
еще 24-го числа, и очевидно вело к проигрышу и того, которое было дано 26-го числа.
Измученным, без пищи и без отдыха, людям той и другой стороны
начинало одинаково приходить сомнение о том, следует ли им
еще истреблять друг друга, и на всех лицах было заметно колебанье, и в каждой душе одинаково поднимался вопрос: «Зачем, для кого мне убивать и быть убитому? Убивайте, кого хотите, делайте, что́ хотите, а я
не хочу больше!» Мысль эта к вечеру одинаково созрела в душе каждого. Всякую минуту могли все эти люди ужаснуться того, что́ они делали, бросить всё и побежать куда попало.
Неточные совпадения
Бывало, он
еще в постеле: // К нему записочки несут. // Что? Приглашенья? В самом деле, // Три дома на вечер зовут: // Там будет бал, там детский праздник. // Куда ж поскачет мой проказник? // С кого
начнет он? Всё равно: // Везде поспеть немудрено. // Покамест в утреннем уборе, // Надев широкий боливар, // Онегин едет на бульвар, // И там гуляет на просторе, // Пока недремлющий брегет //
Не прозвонит ему обед.
И
начинает понемногу // Моя Татьяна понимать // Теперь яснее — слава Богу — // Того, по ком она вздыхать // Осуждена судьбою властной: // Чудак печальный и опасный, // Созданье ада иль небес, // Сей ангел, сей надменный бес, // Что ж он? Ужели подражанье, // Ничтожный призрак, иль
еще // Москвич в Гарольдовом плаще, // Чужих причуд истолкованье, // Слов модных полный лексикон?.. // Уж
не пародия ли он?
Она дрожала и бледнела. // Когда ж падучая звезда // По небу темному летела // И рассыпалася, — тогда // В смятенье Таня торопилась, // Пока звезда
еще катилась, // Желанье сердца ей шепнуть. // Когда случалось где-нибудь // Ей встретить черного монаха // Иль быстрый заяц меж полей // Перебегал дорогу ей, //
Не зная, что
начать со страха, // Предчувствий горестных полна, // Ждала несчастья уж она.
Уже несколько минут стоял Плюшкин,
не говоря ни слова, а Чичиков все
еще не мог
начать разговора, развлеченный как видом самого хозяина, так и всего того, что было в его комнате.
На Руси же общества низшие очень любят поговорить о сплетнях, бывающих в обществах высших, а потому
начали обо всем этом говорить в таких домишках, где даже в глаза
не видывали и
не знали Чичикова, пошли прибавления и
еще большие пояснения.