Они не могут принести в жертву единственного сына, как это сделал Авраам, между тем как Авраам не мог даже задуматься над тем, принести ли, или не принести сына своего в
жертву богу, тому богу, который один давал смысл и благо его жизни.
Неточные совпадения
Не только отношения человека к
богу, его
жертвы, праздники, посты, отношения человека к человеку, народные, гражданские, семейные отношения, все подробности личной жизни: обрезание, омовение себя и чаш, одежды, — всё определено до последних мелочей и всё признано повелением
бога, законом
бога.
Мне представлялось, что Христос должен был запрещать всякий гнев, всякое недоброжелательство и для того, чтобы его не было, предписывает каждому: прежде чем идти приносить
жертву, т. е. прежде, чем становиться в общение с
богом, вспомнить, нет ли человека, который сердится на тебя. И если есть такой, напрасно или не напрасно, то пойти и помириться, а потом уж приносить
жертву или молиться. Так мне казалось, но по толкованиям выходило, что это место надо понимать условно.
Кроме того, людям, которые, не зная нашей веры, требуют от нас того, чтобы мы резали людей, мы можем еще отвечать то, что и ваши жрецы не оскверняют своих рук, чтобы ваш
бог принял их
жертвы.
Одна жизнь за другою бросается под колесницу этого
бога: колесница проезжает, раздирая их жизни, и новые и новые
жертвы со стонами и воплями и проклятиями валятся под нее!
Хотя небо и не присудило ее принести эту жертву собственными руками, с ней все же повторялась библейская история Авраама, приносящего в
жертву Богу своего единственного сына.
Неточные совпадения
— И между тем, — продолжал он с жаром, — я бы не желал внушить вам дурное мнение о покойнице. Сохрани
Бог! Это было существо благороднейшее, добрейшее, существо любящее и способное на всякие
жертвы, хотя я должен, между нами, сознаться, что если бы я не имел несчастия ее лишиться, я бы, вероятно, не был в состоянии разговаривать сегодня с вами, ибо еще до сих пор цела балка в грунтовом моем сарае, на которой я неоднократно собирался повеситься!
— Ино-ска-за-тель-но.
Бог — это народ, Авраам — вождь народа; сына своего он отдает в
жертву не
богу, а народу. Видишь, как просто?
— Дурачок! Чтоб не страдать. То есть — чтоб его, народ, научили жить не страдая. Христос тоже Исаак,
бог отец отдал его в
жертву народу. Понимаешь: тут та же сказка о жертвоприношении Авраамовом.
«Кончу университет и должен буду служить интересам этих быков. Женюсь на дочери одного из них, нарожу гимназистов, гимназисток, а они, через пятнадцать лет, не будут понимать меня. Потом — растолстею и, может быть, тоже буду высмеивать любознательных людей. Старость. Болезни. И — умру, чувствуя себя Исааком, принесенным в
жертву — какому
богу?»
«Нужно иметь какие-то особенные головы и сердца, чтоб признавать необходимость приношения человека в
жертву неведомому
богу будущего», — думал он, чутко вслушиваясь в спокойную речь, неторопливые слова Туробоева: