Я вдруг живо почувствовал и смерть незнакомого мальчика, и эту ночь, и эту
тоску одиночества и мрака, и уединение в этом месте, обвеянном грустью недавней смерти… И тоскливое падение дождевых капель, и стон, и завывание ветра, и болезненную дрожь чахоточных деревьев… И страшную тоску одиночества бедной девочки и сурового отца. И ее любовь к этому сухому, жесткому человеку, и его страшное равнодушие…
Это было чувство, не похожее ни на
тоску одиночества и желание супружества, ни на платоническую, ни еще менее на плотскую любовь, которые я испытывал.
Неточные совпадения
Самгин понимал: она говорит, чтоб не думать о своем
одиночестве, прикрыть свою
тоску, но жалости к матери он не чувствовал. От нее сильно пахло туберозами, любимым цветком усопших.
Острое переживание
одиночества и
тоски не делает человека счастливым.
[Например, угрызения совести,
тоска по родине, постоянно оскорбляемое самолюбие,
одиночество и всякие каторжные дрязги…]
Конечно, ему всех труднее говорить об этом, но если Настасья Филипповна захотела бы допустить в нем, в Тоцком, кроме эгоизма и желания устроить свою собственную участь, хотя несколько желания добра и ей, то поняла бы, что ему давно странно и даже тяжело смотреть на ее
одиночество: что тут один только неопределенный мрак, полное неверие в обновление жизни, которая так прекрасно могла бы воскреснуть в любви и в семействе и принять таким образом новую цель; что тут гибель способностей, может быть, блестящих, добровольное любование своею
тоской, одним словом, даже некоторый романтизм, не достойный ни здравого ума, ни благородного сердца Настасьи Филипповны.
Поздно вечером пришлось ему оставить приятную, милую семью, где блаженство он ощущал, где испытал высшую степень наслажденья души. И когда вышел он из доронинской квартиры,
тоска напала на него, тяжело, ровно свинец, пало на душу
одиночество… Мнилось ему, что из светлого рая вдруг попал он на трудную землю, полную бед, горя, печали, лишений…