Как стекло, булат его блестит, // Мешок за пазухой звенит, // Не спотыкаясь, конь ретивый // Бежит, размахивая гривой. // Червонцы нужны для гонца, // Булат потеха молодца, //
Ретивый конь потеха тоже — // Но шапка для него дороже.
С пронзительным свистом, диким гиканьем, звучным тявканьем гончих, вытянувшихся в струнку резвых борзых, с оглушительным грохотом арапников мчались с замиранием сердца шумные ватаги рьяных охотников, оглашая поляны дворцовых волостей слободы, представлявших широкое раздолье для утех цесаревны, скакавшей, бывало, на
ретивом коне, всегда с неустрашимой резвостью, впереди всех.
Все пришло в движение: учитель стремглав бросился из дверей, чтоб встретить его внизу, у крыльца; гости встали с мест своих, и даже Алеша на минуту забыл о своей курочке и подошел к окну, чтоб посмотреть, как рыцарь будет слезать с
ретивого коня. Но ему не удалось увидеть его, ибо он успел уже войти в дом. У крыльца же вместо ретивого коня стояли обыкновенные извозчичьи сани. Алеша очень этому удивился! «Если бы я был рыцарь, — подумал он, — то никогда бы не ездил на извозчике, а всегда верхом!»
Раскрыли их, и собеседницы, с позволения Софии Алексеевны, присыпали смотреть картинку, изображающую богатыря Илью Муромца, едущего на
ретивом коне сражаться против Соловья-разбойника, усевшегося на семи дубах.
Неточные совпадения
Прогулки, чтенье, сон глубокой, // Лесная тень, журчанье струй, // Порой белянки черноокой // Младой и свежий поцелуй, // Узде послушный
конь ретивый, // Обед довольно прихотливый, // Бутылка светлого вина, // Уединенье, тишина: // Вот жизнь Онегина святая; // И нечувствительно он ей // Предался, красных летних дней // В беспечной неге не считая, // Забыв и город, и друзей, // И скуку праздничных затей.
Но прежде, нежели в седло садиться, // Он долгом счёл к
коню с сей речью обратиться: // «Послушай,
ретивой и верный
конь, меня:
Но, сметя, как над ним управа не крепка, // Взял скоро волю
Конь ретивой: // Вскипела кровь его и разгорелся взор;
Но, други, девственная лира // Умолкла под моей рукой; // Слабеет робкий голос мой — // Оставим юного Ратмира; // Не смею песней продолжать: // Руслан нас должен занимать, // Руслан, сей витязь беспримерный, // В душе герой, любовник верный. // Упорным боем утомлен, // Под богатырской головою // Он сладостный вкушает сон. // Но вот уж раннею зарею // Сияет тихий небосклон; // Всё ясно; утра луч игривый // Главы косматый лоб златит. // Руслан встает, и
конь ретивый // Уж витязя стрелою мчит.
Руслан томился молчаливо, // И смысл и память потеряв. // Через плечо глядя спесиво // И важно подбочась, Фарлаф, // Надувшись, охал за Русланом. // Он говорит: «Насилу я // На волю вырвался, друзья! // Ну, скоро ль встречусь с великаном? // Уж то-то крови будет течь, // Уж то-то жертв любви ревнивой! // Повеселись, мой верный меч, // Повеселись, мой
конь ретивый!»