Неточные совпадения
После графини Лидии Ивановны приехала приятельница, жена директора, и рассказала все городские новости. В три часа и она
уехала, обещаясь приехать к обеду. Алексей Александрович был в министерстве. Оставшись одна, Анна дообеденное время употребила на то, чтобы присутствовать при обеде сына (он обедал отдельно) и чтобы привести в порядок свои вещи, прочесть и ответить на записки и письма, которые у нее скопились на столе.
После обеда он провел полчаса с гостями и, опять с улыбкой пожав руку жене, вышел и
уехал в совет.
Уехал вскоре
после тебя и затем ни разу не был в Москве.
«
После того, что произошло, я не могу более оставаться в вашем доме. Я
уезжаю и беру с собою сына. Я не знаю законов и потому не знаю, с кем из родителей должен быть сын; но я беру его с собой, потому что без него я не могу жить. Будьте великодушны, оставьте мне его».
На третий день
после отъезда брата и Левин
уехал за границу. Встретившись на железной дороге с Щербацким, двоюродным братом Кити, Левин очень удивил его своею мрачностью.
Брат занял для него денег, княгиня посоветовала
уехать из Москвы
после свадьбы.
Вскоре
после обеда гости
уехали, чтоб успеть переодеться к свадьбе.
Сергей Иванович говорил с Дарьей Дмитревной, шутя уверяя ее, что обычай
уезжать после свадьбы распространяется потому, что новобрачным всегда бывает несколько совестно.
После ужина в ту же ночь молодые
уехали в деревню.
Вскоре
после него, как ему сказали, к ней приехала какая-то дама, и она с нею вместе
уехала.
И те уверения в любви, которые ему казались так пошлы, что ему совестно было выговаривать их, она впивала в себя и понемногу успокоивалась. На другой день
после этого, совершенно примиренные, они
уехали в деревню.
Она приехала с намерением пробыть два дня, если поживется. Но вечером же, во время игры, она решила, что
уедет завтра. Те мучительные материнские заботы, которые она так ненавидела дорогой, теперь,
после дня проведенного без них, представлялись ей уже в другом свете и тянули ее к себе.
Неточные совпадения
Он видел ее вскользь еще один раз, и
после этого воевода ковенский скоро
уехал, и вместо прекрасной черноглазой полячки выглядывало из окон какое-то толстое лицо.
Штольц не приезжал несколько лет в Петербург. Он однажды только заглянул на короткое время в имение Ольги и в Обломовку. Илья Ильич получил от него письмо, в котором Андрей уговаривал его самого ехать в деревню и взять в свои руки приведенное в порядок имение, а сам с Ольгой Сергеевной
уезжал на южный берег Крыма, для двух целей: по делам своим в Одессе и для здоровья жены, расстроенного
после родов.
— А когда, бишь, она
уехала от нас? — спросил Илья Иванович. — Кажется,
после Ильина дня?
Потом еще Штольц,
уезжая, завещал Обломова ей, просил приглядывать за ним, мешать ему сидеть дома. У ней, в умненькой, хорошенькой головке, развился уже подробный план, как она отучит Обломова спать
после обеда, да не только спать, — она не позволит ему даже прилечь на диване днем: возьмет с него слово.
Анна Андреевна.
После? Вот новости —
после! Я не хочу
после… Мне только одно слово: что он, полковник? А? (С пренебрежением.)
Уехал! Я тебе вспомню это! А все эта: «Маменька, маменька, погодите, зашпилю сзади косынку; я сейчас». Вот тебе и сейчас! Вот тебе ничего и не узнали! А все проклятое кокетство; услышала, что почтмейстер здесь, и давай пред зеркалом жеманиться: и с той стороны, и с этой стороны подойдет. Воображает, что он за ней волочится, а он просто тебе делает гримасу, когда ты отвернешься.