Неточные совпадения
— Мое мнение только то, —
отвечал Левин, — что эти вертящиеся столы доказывают, что так называемое образованное общество не выше
мужиков. Они верят в глаз, и в порчу, и в привороты, а мы….
Он помнил, как он пред отъездом в Москву сказал раз своему скотнику Николаю, наивному
мужику, с которым он любил поговорить: «Что, Николай! хочу жениться», и как Николай поспешно
отвечал, как о деле, в котором не может быть никакого сомнения: «И давно пора, Константин Дмитрич».
Его не рассердили ни вид крестьянской лошади и стригуна, топтавших его зеленя (он велел согнать их встретившемуся
мужику), ни насмешливый и глупый ответ
мужика Ипата, которого он встретил и спросил: «Что, Ипат, скоро сеять?» — «Надо прежде вспахать, Константин Дмитрич»,
отвечал Ипат.
Кроме того, хотя он долго жил в самых близких отношениях к
мужикам как хозяин и посредник, а главное, как советчик (
мужики верили ему и ходили верст за сорок к нему советоваться), он не имел никакого определенного суждения о народе, и на вопрос, знает ли он народ, был бы в таком же затруднении
ответить, как на вопрос, любит ли он народ.
— Мне не кажется важным, не забирает меня, что ж ты хочешь?… —
отвечал Левин, разобрав, что то, что он видел, был приказчик, и что приказчик, вероятно, спустил
мужиков с пахоты. Они перевертывали сохи. «Неужели уже отпахали?» подумал он.
— Цена дорога, Платону не выручить, Константин Дмитрич, —
отвечал мужик, выбирая колосья из потной пазухи.
Он попробовал заговорить с извозчиком, и его ужасно что-то заинтересовало из того, что ответил ему мужик, но чрез минуту сообразил, что все мимо ушей пролетело и что он, по правде, и не понял того, что
мужик ответил.
Мужики отвечали: «Может, и правда!» А сами подумали: «Верно, брешет, — верно, что-нибудь крутит, шишимора!» — однако поехали и яровую рожь привезли.
Неточные совпадения
Когда дорога понеслась узким оврагом в чащу огромного заглохнувшего леса и он увидел вверху, внизу, над собой и под собой трехсотлетние дубы, трем человекам в обхват, вперемежку с пихтой, вязом и осокором, перераставшим вершину тополя, и когда на вопрос: «Чей лес?» — ему сказали: «Тентетникова»; когда, выбравшись из леса, понеслась дорога лугами, мимо осиновых рощ, молодых и старых ив и лоз, в виду тянувшихся вдали возвышений, и перелетела мостами в разных местах одну и ту же реку, оставляя ее то вправо, то влево от себя, и когда на вопрос: «Чьи луга и поемные места?» —
отвечали ему: «Тентетникова»; когда поднялась потом дорога на гору и пошла по ровной возвышенности с одной стороны мимо неснятых хлебов: пшеницы, ржи и ячменя, с другой же стороны мимо всех прежде проеханных им мест, которые все вдруг показались в картинном отдалении, и когда, постепенно темнея, входила и вошла потом дорога под тень широких развилистых дерев, разместившихся врассыпку по зеленому ковру до самой деревни, и замелькали кирченые избы
мужиков и крытые красными крышами господские строения; когда пылко забившееся сердце и без вопроса знало, куды приехало, — ощущенья, непрестанно накоплявшиеся, исторгнулись наконец почти такими словами: «Ну, не дурак ли я был доселе?
На вопрос, далеко ли деревня Заманиловка,
мужики сняли шляпы, и один из них, бывший поумнее и носивший бороду клином,
отвечал:
— Как милости вашей будет завгодно, —
отвечал на все согласный Селифан, — коли высечь, то и высечь; я ничуть не прочь от того. Почему ж не посечь, коли за дело, на то воля господская. Оно нужно посечь, потому что
мужик балуется, порядок нужно наблюдать. Коли за дело, то и посеки; почему ж не посечь?
Капитан-исправник замечал: «Да ведь чинишка на нем — дрянь; а вот я завтра же к нему за недоимкой!»
Мужик его деревни на вопрос о том, какой у них барин, ничего не
отвечал.
— А на дворе, где я приставал в городе-то, слышь ты, —
отвечал мужик, — с пошты приходили два раза спрашивать, нет ли обломовских
мужиков: письмо, слышь, к барину есть.