Неточные совпадения
— Вот вы никогда не
умеете говорить такие хорошенькие вещи, — обратилась баронесса к Петрицкому.
Сергей Иванович
говорил, что он любит и знает народ и часто беседовал с мужиками, что̀ он
умел делать хорошо, не притворяясь и не ломаясь, и из каждой такой беседы выводил общие данные в пользу народа и в доказательство, что знал этот народ.
Но этак нельзя было жить, и потому Константин пытался делать то, что он всю жизнь пытался и не
умел делать, и то, что, по его наблюдению, многие так хорошо
умели делать и без чего нельзя жить: он пытался
говорить не то, что думал, и постоянно чувствовал, что это выходило фальшиво, что брат его ловит на этом и раздражается этим.
Осматривание достопримечательностей, не
говоря о том, что всё уже было видено, не имело для него, как для Русского и умного человека, той необъяснимой значительности, которую
умеют приписывать этому делу Англичане.
— Мы здесь не
умеем жить, —
говорил Петр Облонский. — Поверишь ли, я провел лето в Бадене; ну, право, я чувствовал себя совсем молодым человеком. Увижу женщину молоденькую, и мысли… Пообедаешь, выпьешь слегка — сила, бодрость. Приехал в Россию, — надо было к жене да еще в деревню, — ну, не поверишь, через две недели надел халат, перестал одеваться к обеду. Какое о молоденьких думать! Совсем стал старик. Только душу спасать остается. Поехал в Париж — опять справился.
— Ах, какие пустяки! Она кормит, и у нее не ладится дело, я ей советовала… Она очень рада. Она сейчас придет, — неловко, не
умея говорить неправду,
говорила Долли. — Да вот и она.
Муж ее умер, она стала увядать, история с князем стала ей надоедать, а Зарницын молод, хорош,
говорить умеет, отчего ж ей было не женить его на себе?
Неточные совпадения
Бывало, писывала кровью // Она в альбомы нежных дев, // Звала Полиною Прасковью // И
говорила нараспев, // Корсет носила очень узкий, // И русский Н, как N французский, // Произносить
умела в нос; // Но скоро всё перевелось; // Корсет, альбом, княжну Алину, // Стишков чувствительных тетрадь // Она забыла; стала звать // Акулькой прежнюю Селину // И обновила наконец // На вате шлафор и чепец.
«Ступай, ступай себе только с глаз моих, бог с тобой!» —
говорил бедный Тентетников и вослед за тем имел удовольствие видеть, как больная, вышед за ворота, схватывалась с соседкой за какую-нибудь репу и так отламывала ей бока, как не
сумеет и здоровый мужик.
Секретарь, как видно,
умел говорить и в рифму.
Он слушал горячившихся на кафедре профессоров, а вспоминал прежнего наставника, который, не горячась,
умел говорить понятно.
— К заслугам вашего превосходительства. Не находит слов.
Говорит: «Если бы я только мог чему-нибудь… потому что, точно,
говорит,
умею ценить мужей, спасавших отечество», —
говорит.