Неточные совпадения
Князь разложил подле себя свои покупки, резные сундучки, бирюльки, разрезные ножики всех сортов, которых он накупил кучу на всех водах, и раздаривал их всем,
в том числе Лисхен, служанке и хозяину, с которым он шутил на своем комическом дурном немецком языке, уверяя его, что не воды
вылечили Кити, но его отличные кушанья,
в особенности суп с черносливом.
Наконец дверь с грохотом отворилась,
вылетел, кружась и повертываясь на воздухе, Крак, половопегий пойнтер Степана Аркадьича, и вышел сам Степан Аркадьич с ружьем
в руках и с сигарой во рту.
Прямо с прихода Крак потянул к кочкам. Васенька Весловский первый побежал за собакой. И не успел Степан Аркадьич подойти, как уж
вылетел дупель. Весловский сделал промах, и дупель пересел
в некошенный луг. Весловскому предоставлен был этот дупель. Крак опять нашел его, стал, и Весловский убил его и вернулся к экипажам.
Левин не был так счастлив: он ударил первого бекаса слишком близко и промахнулся; повел зa ним, когда он уже стал подниматься, но
в это время
вылетел еще один из-под ног и развлек его, и он сделал другой промах.
Из-под собаки, из-под ног охотников беспрестанно
вылетали бекасы, и Левин мог бы поправиться; но чем больше он стрелял, тем больше срамился пред Весловским, весело палившим
в меру и не
в меру, ничего не убивавшим и нисколько этим не смущавшимся.
Неточные совпадения
— Умерла; только долго мучилась, и мы уж с нею измучились порядком. Около десяти часов вечера она пришла
в себя; мы сидели у постели; только что она открыла глаза, начала звать Печорина. «Я здесь, подле тебя, моя джанечка (то есть, по-нашему, душенька)», — отвечал он, взяв ее за руку. «Я умру!» — сказала она. Мы начали ее утешать, говорили, что лекарь обещал ее
вылечить непременно; она покачала головкой и отвернулась к стене: ей не хотелось умирать!..
Помощник до того вспылил, что
в первую минуту даже ничего не мог выговорить, и только какие-то брызги
вылетали из уст его. Он вскочил с места.
Мне,
в сущности, все равно, и я вас не
вылечу, но вы, конечно, меня понимаете.
Он ушел, а Обломов сел
в неприятном расположении духа
в кресло и долго, долго освобождался от грубого впечатления. Наконец он вспомнил нынешнее утро, и безобразное явление Тарантьева
вылетело из головы; на лице опять появилась улыбка.
— Чего вам? — сказал он, придерживаясь одной рукой за дверь кабинета и глядя на Обломова,
в знак неблаговоления, до того стороной, что ему приходилось видеть барина вполглаза, а барину видна была только одна необъятная бакенбарда, из которой так и ждешь, что
вылетят две-три птицы.