Великий, грозный и пресветлый царь! Твой друг и брат, Аббас, владыка перский, Здоровает тебе на государстве И братский шлет поклон. Ты держишь Русь Единою могучею рукой — Простри, о царь, с любовию другую На моего владыку и прими От шах-Аббаса, в знак его приязни, Сей кованный из золота престол, В каменьях самоцветных и в алмазах. Наследье древних шахов — изо всех Ценнейшее Аббасовых сокровищ!
Всея Руси могучий повелитель! Султан Махмет, твой друг и брат, тебе Через меня на воцаренье шлет Приветствие и, в знак своей приязни, Седло и златом кованную сбрую В каменьях драгоценных. Государь! Султан Махмет, добра тебе желая, Предостеречь тебя велит, что твой Неверный раб, царь Александр, замыслил Тебя предать и к перскому Аббасу В подданство переходит!
В богатом халате, в кованных золотом туфлях и с каким-то мертвенным выражением в лице прошел молодой по шелковистому ковру в спальню жены — и затем все смолкло.
Я словно приросла к земле около массивных кованных ворот, наглухо закрытых несмотря на дневное время, и широко распахнутыми от восторга глазами уставилась на прославленное здание.
Я словно приросла к земле около массивных кованных ворот, наглухо закрытых несмотря на дневное время, и широко распахнутыми от восторга глазами уставилась на прославленное здание.
Вместо двери в обычном понимании была дверь из грубой кованной решётки.
Установили старинный иконостас, привезённый в крепком, кованном железом сундуке.