Неточные совпадения
Зазвенел тугой татарский лук, спела тетива, провизжала
стрела, угодила Максиму в белу грудь, угодила каленая под самое сердце. Закачался Максим на седле, ухватился за конскую гриву; не хочется пасть добру молодцу, но доспел ему час, на роду написанный, и свалился он на сыру землю, зацепя стремя ногою. Поволок его конь по чисту полю, и летит Максим, лежа навзничь, раскидав белые руки, и
метут его кудри мать сыру-земли, и бежит за ним по полю кровавый след.
— «Выкатило солнышко из-за моря Хвалынского, восходил месяц над градом каменным, а в том граде каменном породила меня матушка и, рожая, приговаривала: будь ты, мое дитятко, цел-невредим — от
стрел и
мечей, от бойцов и борцов.
Неточные совпадения
Небо там, кажется, напротив, ближе жмется к земле, но не с тем, чтоб
метать сильнее
стрелы, а разве только чтоб обнять ее покрепче, с любовью: оно распростерлось так невысоко над головой, как родительская надежная кровля, чтоб уберечь, кажется, избранный уголок от всяких невзгод.
Были, братья, времена Траяна, // Миновали Ярослава годы, // Позабылись правнуками рано // Грозные Олеговы походы. // Тот Олег
мечом ковал крамолу, // Пробираясь к отчему престолу, // Сеял
стрелы и, готовясь к брани, // В злат стремень вступал в Тмуторокани. // В злат стремень вступал, готовясь к сече, // Звон тот слушал Всеволод далече, // А Владимир за своей стеною // Уши затыкал перед бедою.
Князь великий Всеволод! Доколе // Муки нам великие терпеть? // Не тебе ль на суздальском престоле // О престоле отчем порадеть? // Ты и Волгу веслами расплещешь, // Ты шеломом вычерпаешь Дон, // Из живых ты луков
стрелы мечешь, // Сыновьями Глеба окружен. // Если б ты привел на помощь рати, // Чтоб врага не выпустить из рук, — // Продавали б девок по ногате, // А рабов — по резани на круг.
Далеко в Путивле, на забрале, // Лишь заря займется поутру, // Ярославна, полная печали, // Как кукушка, кличет на юру: // «Что ты, Ветер, злобно повеваешь, // Что клубишь туманы у реки, //
Стрелы половецкие вздымаешь, //
Мечешь их на русские полки?
С наступлением ночи опять стало нервам больно, опять явилось неопределенное беспокойство до тоски от остроты наркотических испарений, от теплой мглы, от теснившихся в воображении призраков, от смутных дум. Нет, не вынесешь долго этой жизни среди роз, ядов, баядерок, пальм, под отвесными
стрелами, которые злобно
мечет солнечный шар!