Неточные совпадения
На всех лицах изобразилось удивление, все
глаза засверкали негодованием. Лишь один, самый свирепый, не показывал
гнева. Малюта был бледен как смерть.
Когда царь вышел на крыльцо, он уже решился простить разбойников. Ему хотелось только продержать их некоторое время в недоумении. Замечания мамки пришлись некстати и чуть было не раздражили Иоанна, но, к счастью, на него нашла милостивая полоса, и вместо того, чтоб предаться
гневу, он вздумал посмеяться над Онуфревной и уронить ее значение в
глазах царедворцев, а вместе и подшутить над стремянным Серебряного.
А на него лезли со всех сторон налившиеся кровью, остеклевшие от
гнева глаза, искривленные бешеным криком губы, его сжимали жаркие, потные тела, под натиском которых старик вертелся, как щепка, попавшая в водоворот.
— Да разве это питье? Это бурда какая-то! — чуть не плача, кричал Юрик и выплескивал лимонад из стакана прямо на одеяло и на подушку, глядя в лицо гувернера сердитыми, блестящими от
гнева глазами.
Неточные совпадения
Только что Раскольников отворил дверь на улицу, как вдруг, на самом крыльце, столкнулся с входившим Разумихиным. Оба, даже за шаг еще, не видали друг друга, так что почти головами столкнулись. Несколько времени обмеривали они один другого взглядом. Разумихин был в величайшем изумлении, но вдруг
гнев, настоящий
гнев, грозно засверкал в его
глазах.
Она тоже вспыхнула, и в
глазах ее мелькнул
гнев.
Это уже было невыносимо. Раскольников не вытерпел и злобно сверкнул на него загоревшимися
гневом черными своими
глазами. Тотчас же и опомнился.
Господину Заметову прежде всего ваш
гнев и ваша открытая смелость в
глаза бросилась: ну, как это в трактире вдруг брякнуть: «Я убил!» Слишком смело-с, слишком дерзко-с, и если, думаю, он виновен, то это страшный боец!
С новым, странным, почти болезненным, чувством всматривался он в это бледное, худое и неправильное угловатое личико, в эти кроткие голубые
глаза, могущие сверкать таким огнем, таким суровым энергическим чувством, в это маленькое тело, еще дрожавшее от негодования и
гнева, и все это казалось ему более и более странным, почти невозможным. «Юродивая! юродивая!» — твердил он про себя.