Неточные совпадения
Еще люди, самых различных взглядов, характеров и темпераментов, скученные вместе на небольшом пространстве кают-компании и волей-неволей принужденные ежедневно видеть друг друга, не надоели
один другому до тошноты, — это еще было впереди, к концу долгого
перехода.
А пока еще люди не были изучены до мелочей
один другим, пока еще рассказы и анекдоты не повторялись в бесконечных изданиях, и однообразие долгого плавания не заставляло отыскивать друг в друге слабости, раздувать их и коситься до первого порта, новые впечатления которого снова оживляли кают-компанию, и люди, казавшиеся на длинном
переходе несимпатичными, снова делались добрыми и хорошими товарищами, какими они и были на самом деле.
Точно такие же впечатления переживал и Володя. Несмотря на то что он старался не поддаваться скуке и добросовестно занимался, много читал и не оставлял занятий с матросами, все-таки находили минуты хандры и неодолимого желания перелететь в Офицерскую и быть со своими… Длинный
переход с вечно
одними и теми же впечатлениями, в обществе
одних и тех же лиц казался ему под конец утомительным. И ему, как и всем, хотелось берега, берега.
До Батавии оставалось всего 600 миль, то есть суток трое-четверо хорошего хода под парусами. Бесконечный
переход близился к концу. Все повеселели и с большим нетерпением ждали Батавии. Уже в кают-компании толковали о съезде на берег, назначая день прихода, и расспрашивали об этом городе у
одного из офицеров, который бывал в нем в прежнее свое кругосветное плавание. Все то и дело приставали к старому штурману с вопросами: как он думает, верны ли расчеты?
И, однако, несомненно, все их объединяет нечто очень существенное, объединяет настолько, что можно то и дело наблюдать
переход одного из этих душевных состояний в другое.
Неточные совпадения
Но тут уж начинается новая история, история постепенного обновления человека, история постепенного перерождения его, постепенного
перехода из
одного мира в другой, знакомства с новою, доселе совершенно неведомою действительностью. Это могло бы составить тему нового рассказа, — но теперешний рассказ наш окончен.
— Штука в том: я задал себе
один раз такой вопрос: что, если бы, например, на моем месте случился Наполеон и не было бы у него, чтобы карьеру начать, ни Тулона, ни Египта, ни
перехода через Монблан, а была бы вместо всех этих красивых и монументальных вещей просто-запросто
одна какая-нибудь смешная старушонка, легистраторша, которую еще вдобавок надо убить, чтоб из сундука у ней деньги стащить (для карьеры-то, понимаешь?), ну, так решился ли бы он на это, если бы другого выхода не было?
Нередко помышляли мы вытти из судна и шествовать по каменной гряде к берегу, но пребывание
одного из наших сопутников на камне уже несколько часов и скрытие другого из виду представляло нам опасность
перехода более, может быть, нежели она была в самом деле.
— Как обыкновенно, — отвечал он, тотчас же по
одному взгляду на нее поняв, что она в
одном из своих хороших расположений. Он уже привык к этим
переходам и нынче был особенно рад ему, потому что сам был в самом хорошем расположении духа.
Была только
одна ступень на этом
переходе от холодности ко вдохновению, на которой возможна была работа.