Устали, сели за стол, а Клавдия убежала с
веселым хохотом в кухню. Выпили водки, пива, побили бутылки и стаканы, кричали, хохотали, махали руками, обнимались и целовались. Потом Передонов и Володин побежали в Летний сад, — Передонов спешил похвастаться письмом.
Неточные совпадения
Вокруг чайного стола сидели гости: Грушина, — она же теперь ежеденничала у Варвары, — Володин, Преполовенская, ее муж, Константин Петрович, высокий человек лет под сорок, матово-бледный, черноволосый и необычайно молчаливый. Варвара принарядилась, — надела белое платье. Пили чай, беседовали. Варвару, как всегда, беспокоило, что Передонов долго не возвращался. Володин с
веселым блеющим
хохотом рассказал, что Передонов пошел куда-то с Рутиловым. Это увеличило Варварино беспокойство.
— Я имею к вам претензию, — заговорил Хрипач сухою скороговоркою. — Каждый раз, как мне приходится давать урок рядом с вами, у меня голова буквально трещит, — такой
хохот подымается в вашем классе. Не могу ли я вас просить давать уроки не столь
веселого содержания? «Шутить и все шутить, — как вас на это станет»?
«И чего она хочет?» — подумал он. И вдруг багряно покраснел, и больно-больно забилось сердце. Буйная веселость охватила его. Он несколько раз перекувыркнулся, повалился на пол, прыгал на мебель, — тысячи безумных движений бросали его из одного угла в другой, и
веселый, ясный
хохот его разносился по дому.
Уже когда толпа во всех помещениях в клубе теснилась, густая, крикливая, преувеличенно-веселая, в зале у входных дверей послышался шум,
хохот, одобрительные возгласы.
Нет поэтому ничего удивительного, что, когда оратор внезапно соскакивал с бочки и разражался
веселым хохотом, омраченные лица хохлов вдруг прояснялись, и руки тянулись к карманам широких штанов за медяками. Обрадованные благополучным окончанием трагических экскурсий пана Тыбурция, хохлы поили его водкой, обнимались с ним, и в его картуз падали, звеня, медяки.
Насилу-насилу добилась старушка, чтоб смолкла песня греховная. Зато шутливая болтовня и
веселый хохот поднялись пуще прежнего. Повскакали девицы из-за работы, и пошла у них такая возня, что хоть святых вон неси.
Немец то бежит полем, то присядет в рожь, так что его совсем там не видно, то над колосьями снова мелькнет его черная шляпа; и вдруг, заслышав
веселый хохот совсем в другой стороне, он встанет, вздохнет и, никого не видя глазами, водит во все стороны своим тевтонским клювом.
— Нет, прошу ответ дать: заслуживают ли лютерцы, по вашему мнению, быть оправданными? — повторял батюшка и, повторяя, хохотал каким-то закатистым,
веселым хохотом и выказывал при этом ряд белых, здоровых зубов.
— Да, да, мозоль, — снова заговорила она, еле удерживаясь от вторичного взрыва
веселого хохота, и протянула из-под капота левую ногу, обутую в ярко-пунцовую туфлю и тонкий шелковый ажурный чулок.
Неточные совпадения
Но вот багряною рукою // Заря от утренних долин // Выводит с солнцем за собою //
Веселый праздник именин. // С утра дом Лариной гостями // Весь полон; целыми семьями // Соседи съехались в возках, // В кибитках, в бричках и в санях. // В передней толкотня, тревога; // В гостиной встреча новых лиц, // Лай мосек, чмоканье девиц, // Шум,
хохот, давка у порога, // Поклоны, шарканье гостей, // Кормилиц крик и плач детей.
Праздная дворня сидит у ворот; там слышатся
веселые голоса,
хохот, балалайка, девки играют в горелки; кругом его самого резвятся его малютки, лезут к нему на колени, вешаются ему на шею; за самоваром сидит… царица всего окружающего, его божество… женщина! жена!
Машкин Верх скосили, доделали последние ряды, надели кафтаны и весело пошли к дому. Левин сел на лошадь и, с сожалением простившись с мужиками, поехал домой. С горы он оглянулся; их не видно было в поднимавшемся из низу тумане; были слышны только
веселые грубые голоса,
хохот и звук сталкивающихся кос.
Старик, сидевший с ним, уже давно ушел домой; народ весь разобрался. Ближние уехали домой, а дальние собрались к ужину и ночлегу в лугу. Левин, не замечаемый народом, продолжал лежать на копне и смотреть, слушать и думать. Народ, оставшийся ночевать в лугу, не спал почти всю короткую летнюю ночь. Сначала слышался общий
веселый говор и
хохот за ужином, потом опять песни и смехи.
Младший и самый
веселый из наших спутников, Зеленый, вскочил на скамью и, с неизменным
хохотом, ухватив где-то из угла кота, бросил его под каскады.