«Убежище Монрепо» (Салтыков-Щедрин М. Е., 1879) по всей классике
Оставленный всеми, отживший, выдохшийся, я обязываюсь изнывать в отчуждении, услаждая себя лишь надеждой, что когда-нибудь мой сын или внук утопят звание пропащего человека в звание человека вообще и сына отечества в особенности.
Слышал он в груди своей силы необъятные, Услаждали слух его звуки благодатные, Звуки лучезарные гимна благородного — Пел он воплощение счастия народного!..
Да не подумают, однако ж, чтоб перепела составляли там предмет гастрономической роскоши, — нет, такое развращение не проникло в нравы жителей того края: перепел — птица, уставом в пищу не показанная. Она там услаждает людской слух пением: оттого почти в каждом дому под кровлей в нитяной клетке висит перепел.
В канцелярии за небольшим конвоем кривых инвалидов доставляли из острога смертною скукою соскучившихся арестанток, которые, ловя краткий миг счастия, пользовались здесь пленительными правами своего пола — услаждать долю смертных.
Богатство цветов услаждало взор, в центре груди вдруг вспыхнуло нестерпимое желание взять блокнот и ручку и начать писать, да-да, именно так, по старинке, где есть только ты и чистый лист бумаги.
Один за другим гости услаждали слух собравшихся, а потом гасили большую свечу, и так до зари, пока все свечи не потухнут.
Богатство цветов услаждало взор, в центре груди вдруг вспыхнуло нестерпимое желание взять блокнот и ручку и начать писать, да-да, именно так, по старинке, где есть только ты и чистый лист бумаги.
Не во власти человека и то благо, чтобы есть и пить и услаждать душу свою от труда своего.