«Убежище Монрепо» (Салтыков-Щедрин М. Е., 1879) по всей классике
— Да так думается: десятинки две-три, не больше. Домичек небольшой, садик при нем, аллейка для прохладности… чисто, аккуратно! А из живности: курочек с пяток, ну, коровка, чтоб молочко свое было.
Но бежать все-таки надо. Какая бы метаморфоза ни приключилась, во что бы ни обратиться, хоть в червя ползущего, все-таки надо бежать. Две-три десятинки, коровка, пять курочек — все в один голос так говорят! Мне — две десятинки; Осьмушниковым и Разуваевым — вселенная! Такова внутренняя политика. Ежели старые столбы подгнили, надо искать новых столбов. Да ведь новые-то столбы и вовсе гнилые… ах, господин Грацианов!
— Оченно просто-с. Купил бы две-три десятинки-с, выстроил бы домичек по препорции, садичек для прохладности бы развел, коровку, курочек с пяток… Мило, благородно!
Понять не могу, почему дети её так любят… есть столько блюд из курицы, вкусных и питательных, так нет же, их никто не ест, только жареную курочку подавай!
Не позже десяти? Эх, прощай, вкусненькая ароматная курочка гриль. Мой младший братец, наверное, объестся до невозможности – постарается и за меня, и за себя.
Понять не могу, почему дети её так любят… есть столько блюд из курицы, вкусных и питательных, так нет же, их никто не ест, только жареную курочку подавай!
На самобранке появилось блюдо с дымящейся картошкой, запечённая курочка, солёные огурцы, тонко порезанное сало и горячий хлеб.
Не позже десяти? Эх, прощай, вкусненькая ароматная курочка гриль. Мой младший братец, наверное, объестся до невозможности – постарается и за меня, и за себя.