«Убежище Монрепо» (Салтыков-Щедрин М. Е., 1879) по всей классике
Я очень хорошо понимаю, что волна жизни должна идти мимо вымирающих людей старокультурного закала. Я знаю, что жизнь сосредоточивается теперь в окрестностях питейного дома, в области объегоривания, среди Осьмушниковых, Колупаевых и прочих столпов; я знаю, что на них покоятся все упования, что с ними дружит все, что не хочет знать иной почвы, кроме непосредственно деловой. Я знаю все это и не протестую. Я недостоин жить и — умираю. Но я еще не умер — как же с этим быть?
Подхалюзины и Чичиковы — вот сильные практические характеры «темного царства»: других не развивается между людьми чисто практического закала, под влиянием господства Диких.
Глина, как правило, красноватых оттенков, крупнозернистая, с примесью песка и белых частиц, с мелкими блёстками слюды, имеет серый закал в центре черепка.
И из недр обугленной России Говорю: «Ты прав, что так судил! Надо до алмазного закала Прокалить всю толщу бытия, Если ж дров в плавильной печи мало, Господи! — вот плоть моя!»
И напротив, в рабочей среде, которая прежде считалась эталоном массы, не редкость сегодня встретить души высочайшего закала.
А пока займёмся нарядом, я уже закала модель с примеркой на дом.
Глина, как правило, красноватых оттенков, крупнозернистая, с примесью песка и белых частиц, с мелкими блёстками слюды, имеет серый закал в центре черепка.