«Убежище Монрепо» (Салтыков-Щедрин М. Е., 1879) по всей классике
Еще Владимир Великий сказал: «Веселие Руси пити и ясти», и в этих немногих словах до такой степени верно очертил русскую подоплёку, что даже и доныне русский человек ни на чем с таким удовольствием не останавливает свою мысль, как на еде.
Хорошо, что Бог пронес мимо эту дурную фантасмагорию; но охранители и доныне не могут забыть о кратком периоде этого «чуть-чуть не бесстолбия» и, разумеется, вспоминают о нем не только с тоскою, но и с омерзением…
Рассказы и болтовня среди собравшейся толпы, лениво отдыхавшей на земле, часто так были смешны и дышали такою силою живого рассказа, что нужно было иметь всю хладнокровную наружность запорожца, чтобы сохранять неподвижное выражение лица, не моргнув даже усом, — резкая черта, которою отличается доныне от других братьев своих южный россиянин.
Ровно восемь веков назад как мы взяли от него то, что ты с негодованием отверг, тот последний дар, который он предлагал тебе, показав тебе все царства земные: мы взяли от него Рим и меч кесаря и объявили лишь себя царями земными, царями едиными, хотя и доныне не успели еще привести наше дело к полному окончанию.
Могучий Олег головою поник И думает: «Что же гаданье? Кудесник, ты лживый, безумный старик! Презреть бы твое предсказанье! Мой конь и доныне носил бы меня». И хочет увидеть он кости коня.
И согласитесь, сперва, узнав о чём-то неизвестном доныне, мы впадаем в экзальтацию и очень хотим ощутить таинственный и незнакомый вкус экзотического блюда.
Несмотря на это, важнейшие вехи её биографии доныне остаются предметом неутихающих споров и кардинальных переоценок.
И согласитесь, сперва, узнав о чём-то неизвестном доныне, мы впадаем в экзальтацию и очень хотим ощутить таинственный и незнакомый вкус экзотического блюда.
История всех доныне существовавших обществ двигалась в классовых противоположностях, которые в разные эпохи складывались различно.