«Современная идиллия» (Салтыков-Щедрин М. Е., 1883) по всей классике
— Que voulez-vous, mon cher! [Что вы хотите, дорогой мой!] Эти ханы… нет в мире существ неблагодарнее их! Впрочем, он мне еще пару шакалов прислал, да черта ли в них! Позабавился несколько дней, поездил на них по Невскому, да и отдал Росту в зоологический сад. Главное дело, завывают как-то — ну, и кучера искусали. И представьте себе, кроме бифштексов, ничего не едят, канальи! И непременно, чтоб из кухмистерской Завитаева — извольте-ка отсюда на Пески три раза в день посылать!
Мистер Бен после подтвердил слова его и прибавил, что гиен и шакалов водится множество везде в горах, даже поблизости Капштата. Их отравляют стрихнином. «И тигров тоже много, — говорил он, — их еще на прошлой неделе видели здесь в ущелье. Но здешние тигры мелки, с большую собаку». Это видно по шкурам, которые продаются в Капштате.
Жизнь и движение по улицам продолжались и ночью: ползли бесконечные обозы, как разрозненные звенья какого-то чудовищного ярмарочного червя; сновали по всем направлениям извозчики, вихрем летели тройки и, как шакалы, там и сям прятались какие-то подозрительные тени.
Только когда последнего из них скрыло от него высокое надгробье какого-то знатного вельможи, молодой жрец сменил направление, повернув к видневшейся на фоне угасающего неба тёмно-серой скале в форме головы шакала.
Во время удачной охоты целые стаи шакалов держались поблизости от людей, рассчитывая на объедки с их стола и кости.
По-прежнему всё было совершенно спокойно, только в некоторых местах вой шакала вдруг то замолкал, то начинался с новой силой.
Только когда последнего из них скрыло от него высокое надгробье какого-то знатного вельможи, молодой жрец сменил направление, повернув к видневшейся на фоне угасающего неба тёмно-серой скале в форме головы шакала.