Неточные совпадения
И то и другое одновременно заколотили в гроб и
снесли на погост, а какое иное право и какое иное раздолье выросли
на этой общей могиле — это вопрос особый.
Улиту, в одной рубашке,
снесли обратно в чулан и заперли
на ключ, который барин взял к себе. Вечером он не утерпел и пошел в холодную, чтобы произвести новый допрос Улите, но нашел ее уже мертвою. В ту же ночь призвали попа, обвертели замученную женщину в рогожу и свезли
на погост.
— Ну, спасибо тебе, вот мы и с жарковцем! — поблагодарила его матушка, — и сами поедим, и ты с нами покушаешь. Эй, кто там! снесите-ка повару одного тетерева, пускай сегодня к обеду зажарит, а прочих
на погреб отдайте… Спасибо, дружок!
—
На чердак, должно быть,
снесли.
Между тем вокруг все старелось и ветшало. Толпа старых слуг редела; одних
снесли на погост, другие, лежа
на печи, ждали очереди. Умер староста Федот, умер кучер Алемпий, отпросилась умирать в Заболотье ключница Акулина; девчонки, еще так недавно мелькавшие
на побегушках, сделались перезрелыми девами…
Результат этой системы перевоспитания не заставил себя долго ждать. Не прошло и трех лет совместной жизни супругов, как Гервасий Ильич умер, оставив
на руках жены двух мальчиков-близнецов.
Снесла Марья Маревна мужа
на погост и, как говорится, обеими руками перекрестилась.
А Патапа Максимыча дочка Прасковья Патаповна тяжела,
на сносях, а зятька ихнего Таифа не одобряет: был-де архиерейский посол, а стал собачий мосол — от одного берега отстал, к другому не пристал.
— У меня — жена
на сносях. Ну, и день такой, беспокойный! — объяснил Миронов, пристально разглядывая товарищей, и негромко спросил:
— Жила она у вас в деревне, как вы
на сносях были, ваше сиятельство, — медленно начала Анфиса и вдруг остановилась…
А так как Евпраксеюшка в это время была уже
на сносях, то для нее не существовало даже ресурса хозяйственных хлопот, которые в былое время настолько утомляли ее физически, что она к вечеру ходила уже как сонная.
Неточные совпадения
— Как же, а я приказал самовар. Я, признаться сказать, не охотник до чаю: напиток дорогой, да и цена
на сахар поднялась немилосердная. Прошка! не нужно самовара! Сухарь отнеси Мавре, слышишь: пусть его положит
на то же место, или нет, подай его сюда, я ужо
снесу его сам. Прощайте, батюшка, да благословит вас Бог, а письмо-то председателю вы отдайте. Да! пусть прочтет, он мой старый знакомый. Как же! были с ним однокорытниками!
Другое происшествие, недавно случившееся, было следующее: казенные крестьяне сельца Вшивая-спесь, соединившись с таковыми же крестьянами сельца Боровки, Задирайлово-тож,
снесли с лица земли будто бы земскую полицию в лице заседателя, какого-то Дробяжкина, что будто земская полиция, то есть заседатель Дробяжкин, повадился уж чересчур часто ездить в их деревню, что в иных случаях стоит повальной горячки, а причина-де та, что земская полиция, имея кое-какие слабости со стороны сердечной, приглядывался
на баб и деревенских девок.
Кажется, сами хозяева
снесли с них дранье и тес, рассуждая, и, конечно, справедливо, что в дождь избы не кроют, а в вёдро и сама не каплет, бабиться же в ней незачем, когда есть простор и в кабаке, и
на большой дороге, — словом, где хочешь.
О, тут мы при случае и нравственное чувство наше придавим; свободу, спокойствие, даже совесть, все, все
на толкучий рынок
снесем.
Амалия Ивановна не
снесла и тотчас же заявила, что ее «фатер аус Берлин буль ошень, ошень важны шеловек и обе рук по карман ходиль и всё делал этак: пуф! пуф!», и чтобы действительнее представить своего фатера, Амалия Ивановна привскочила со стула, засунула свои обе руки в карманы, надула щеки и стала издавать какие-то неопределенные звуки ртом, похожие
на пуф-пуф, при громком хохоте всех жильцов, которые нарочно поощряли Амалию Ивановну своим одобрением, предчувствуя схватку.