Неточные совпадения
Текучей воды было мало. Только одна река Перла, да и та неважная, и еще две речонки: Юла и Вопля. [
Само собой разумеется, названия
эти вымышленные.] Последние еле-еле брели среди топких болот, по местам образуя стоячие бочаги, а по местам и совсем пропадая под густой пеленой водяной заросли. Там и сям виднелись небольшие озерки,
в которых водилась немудреная рыбешка, но к которым
в летнее
время невозможно было ни подъехать, ни подойти.
В это же
время в тени громадной старой липы, под личным надзором матушки, на разложенных
в виде четырехугольников кирпичах, варилось варенье, для которого выбиралась
самая лучшая ягода и
самый крупный фрукт.
Родился я, судя по рассказам,
самым обыкновенным пошехонским образом.
В то
время барыни наши (по-нынешнему, представительницы правящих классов) не ездили,
в предвидении родов, ни
в столицы, ни даже
в губернские города, а довольствовались местными, подручными средствами. При помощи
этих средств увидели свет все мои братья и сестры; не составил исключения и я.
Потом пьют чай
сами господа (а
в том числе и тетеньки, которым
в другие дни посылают чай «на верх»), и
в это же
время детей наделяют деньгами: матушка каждому дает по гривеннику, тетеньки — по светленькому пятачку.
Эти поездки могли бы,
в хозяйственном смысле, считаться полезными, потому что хоть
в это время можно было бы управиться с работами, но своеобычные старухи и заочно не угомонялись, беспрерывно требуя присылки подвод с провизией, так что, не будучи
в собственном смысле слова жестокими, они до такой степени
в короткое
время изнурили крестьян, что последние считались
самыми бедными
в целом уезде.
— Помилуйте, сударыня, нам
это за радость!
Сами не скушаете, деточкам свезете! — отвечали мужички и один за другим клали гостинцы на круглый обеденный стол. Затем перекидывались еще несколькими словами; матушка осведомлялась, как идут торги; торговцы жаловались на худые
времена и уверяли, что
в старину торговали не
в пример лучше. Иногда кто-нибудь посмелее прибавлял...
Движение было беспрерывное, и
в сухое
время путешествие
это считалось одним из
самых приятных по оживлению.
Матушка при
этом предсказании бледнела. Она и
сама только наружно тешила себя надеждой, а внутренне была убеждена, что останется ни при чем и все дедушкино имение перейдет брату Григорью, так как его руку держит и Настька-краля, и Клюквин, и даже генерал Любягин. Да и
сам Гришка постоянно живет
в Москве, готовый, как ястреб, во всякое
время налететь на стариково сокровище.
Доктрина
эта в то
время была довольно распространенною
в крепостной среде и, по-видимому, даже подтверждала крепостное право. Но помещики чутьем угадывали
в ней нечто злокачественное (
в понятиях пуристов-крепостников
самое «рассуждение» о послушании уже представлялось крамольным) и потому если не прямо преследовали адептов ее, то всячески к ним придирались.
С
этими словами она выбежала из девичьей и нажаловалась матушке. Произошел целый погром. Матушка требовала, чтоб Аннушку немедленно услали
в Уголок, и даже грозилась отправить туда же
самих тетенек-сестриц. Но благодаря вмешательству отца дело кончилось криком и угрозами. Он тоже не похвалил Аннушку, но ограничился тем, что поставил ее
в столовой во
время обеда на колени. Сверх того, целый месяц ее «за наказание» не пускали
в девичью и носили пищу наверх.
Распоряжения
самые суровые следовали одни за другими, и одни же за другими немедленно отменялись.
В сущности, матушка была не злонравна, но бесконтрольная помещичья власть приучила ее сыпать угрозами и
в то же
время притупила
в ней способность предусматривать, какие последствия могут иметь
эти угрозы. Поэтому, встретившись с таким своеобразным сопротивлением, она совсем растерялась.
Но прошла неделя, прошла другая — Конон молчал. Очевидно, намерение жениться явилось
в нем плодом той же путаницы, которая постоянно бродила
в его голове.
В короткое
время эта путаница настолько уже улеглась, что он и
сам не помнил, точно ли он собирался жениться или видел
это только во сне. По-прежнему продолжал он двигаться из лакейской
в буфет и обратно, не выказывая при
этом даже тени неудовольствия.
Это нелепое спокойствие до того заинтересовало матушку, что она решилась возобновить прерванную беседу.
— Так, чай, языки по-пустому чешут! И прежде брехали, и теперь то же
самое брешут! — утешала она себя, но
в то же
время тайный голос подсказывал ей, что на
этот раз брехотня похожа на правду.
Как бы то ни было, но вино поддерживало
в нем жизнь и
в то же
время приносило за собой забвение жизни. Я не утверждаю, что он сознательно добивался забытья, но оно приходило
само собой, а
это только и было нужно.
Я не говорю, чтобы Струнников воспользовался чем-нибудь от всех
этих снабжений, но на глазах у него происходило
самое наглое воровство,
в котором принимал деятельное участие и Синегубов, а он между тем считался главным распорядителем дела. Воры действовали так нагло, что чуть не
в глаза называли его колпаком (
в нынешнее
время сказали бы, что он стоит не на высоте своего призвания). Ему, впрочем, и
самому нередко казалось, что кругом происходит что-то неладное.
Благо еще, что ко взысканию не подают, а только документы из года
в год переписывают. Но что, ежели вдруг взбеленятся да потребуют: плати! А по нынешним
временам только
этого и жди. Никто и не вспомнит, что ежели он и занимал деньги, так за
это двери его дома были для званого и незваного настежь открыты. И
сам он жил, и другим давал жить… Все позабудется; и пиры, и банкеты, и оркестр, и певчие; одно не позабудется — жестокое слово: «Плати!»
Формула
эта свидетельствовала, что
самая глубокая восторженность не может настолько удовлетвориться исключительно своим собственным содержанием, чтобы не чувствовать потребности
в прикосновении к действительности, и
в то же
время она служила как бы объяснением, почему люди, внутренне чуждающиеся известного жизненного строя, могут, не протестуя, жить
в нем.
Придет
время — сердце ее
само собой забьет тревогу, и она вдруг прозреет и
в «небесах увидит бога», по покуда ее час не пробил, пускай
это сердце остается
в покое, пускай
эта красота довлеет
сама себе.
Этот страшный вопрос повторялся
в течение дня беспрерывно. По-видимому, несчастная даже
в самые тяжелые минуты не забывала о дочери, и мысль, что единственное и страстно любимое детище обязывается жить с срамной и пьяной матерью, удвоивала ее страдания.
В трезвые промежутки она не раз настаивала, чтобы дочь, на
время запоя, уходила к соседям, но последняя не соглашалась.
Когда-то изба была покрыта тесом, но от
времени тес сопрел, и новую крышу сделали уж соломенную, так что и с
этой стороны жилье перестало отличаться от обыкновенной крестьянской избы. Даже палисадника не существовало; только сбоку был разведен небольшой огород,
в котором росли лишь
самые необходимые
в хозяйстве овощи. При такой бедности и
в то дешевое
время существовать было трудно.
Неточные совпадения
В военное
время человек
этот наделал бы чудес: его бы послать куда-нибудь пробраться сквозь непроходимые, опасные места, украсть перед носом у
самого неприятеля пушку, —
это его бы дело.
— Ради
самого Христа! помилуй, Андрей Иванович, что
это ты делаешь! Оставлять так выгодно начатый карьер из-за того только, что попался начальник не того… Что ж
это? Ведь если на
это глядеть, тогда и
в службе никто бы не остался. Образумься, образумься. Еще есть
время! Отринь гордость и самолюбье, поезжай и объяснись с ним!
Одна из них нарочно прошла мимо его, чтобы дать ему
это заметить, и даже задела блондинку довольно небрежно толстым руло своего платья, а шарфом, который порхал вокруг плеч ее, распорядилась так, что он махнул концом своим ее по
самому лицу;
в то же
самое время позади его из одних дамских уст изнеслось вместе с запахом фиалок довольно колкое и язвительное замечание.
Все мысли их были сосредоточены
в это время в самих себе: они думали, каков-то будет новый генерал-губернатор, как возьмется за дело и как примет их.
Сперва ученый подъезжает
в них необыкновенным подлецом, начинает робко, умеренно, начинает
самым смиренным запросом: не оттуда ли? не из того ли угла получила имя такая-то страна? или: не принадлежит ли
этот документ к другому, позднейшему
времени? или: не нужно ли под
этим народом разуметь вот какой народ?