— Дура ты, дура! — возражала она, — ведь ежели бы по-твоему, как ты завсегда говоришь, повиноваться, так святой-то человек должен бы был без разговоров чурбану поклониться — только и всего. А он,
вишь ты, что! лучше, говорит, на куски меня изрежь, а я твоему богу не слуга!
Неточные совпадения
— Это за две-то тысячи верст пришел киселя есть… прошу покорно! племянничек сыскался! Ни в жизнь не поверю. И именье,
вишь, промотал… А коли
ты промотал, так я-то чем причина? Он промотал, а я изволь с ним валандаться! Отошлю я
тебя в земский суд — там разберут, племянник
ты или солдат беглый.
— Ничего, успеет. Вот погодите, ужо я сам этим делом займусь, мигом обеим вам женихов найду.
Тебе, Надежда, покрупнее, потому что
ты сама
вишь какая выросла;
тебе, Александра, середненького.
Ты что ж, Анна, об дочери не хлопочешь?
Всю дорогу он был весел необыкновенно, посвистывал, наигрывал губами, приставивши ко рту кулак, как будто играл на трубе, и наконец затянул какую-то песню, до такой степени необыкновенную, что сам Селифан слушал, слушал и потом, покачав слегка головой, сказал: «
Вишь ты, как барин поет!» Были уже густые сумерки, когда подъехали они к городу.
Неточные совпадения
—
Тебя бы, может, ухватил и его барин, — отвечал ему кучер, указывая на Захара, —
вишь, у те войлок какой на голове! А за что он ухватит Захара-то Трофимыча? Голова-то словно тыква… Разве вот за эти две бороды-то, что на скулах-то, поймает: ну, там есть за что!..
— Полно, не распечатывай, Илья Иваныч, — с боязнью остановила его жена, — кто его знает, какое оно там письмо-то? может быть, еще страшное, беда какая-нибудь.
Вишь, ведь народ-то нынче какой стал! Завтра или послезавтра успеешь — не уйдет оно от
тебя.
— А вот как я скажу барину-то, — начал он с яростью хрипеть на кучера, — так он найдет, за что и
тебя ухватить: он
тебе бороду-то выгладит:
вишь, она у
тебя в сосульках вся!
— Знаешь
ты дрыхнуть! — говорил Захар, уверенный, что барин не слышит. —
Вишь, дрыхнет, словно чурбан осиновый! Зачем
ты на свет-то Божий родился?
— А я говорил
тебе, чтоб
ты купил других, заграничных? Вот как
ты помнишь, что
тебе говорят! Смотри же, чтоб к следующей субботе непременно было, а то долго не приду.
Вишь, ведь какая дрянь! — продолжал он, закурив сигару и пустив одно облако дыма на воздух, а другое втянув в себя. — Курить нельзя.