«Пошехонская старина» (Салтыков-Щедрин М. Е., 1889) по всей классике
Улита стояла ни жива ни мертва. Она чуяла, что ее ждет что-то зловещее. За две недели, прошедшие со времени смерти старого барина, она из дебелой и цветущей барской барыни превратилась в обрюзглую бабу. Лицо осунулось, щеки впали, глаза потухли, руки и ноги тряслись. По-видимому, она не поняла приказания насчет самовара и не двигалась…
Голова у него большая; лицо широкое, обрюзглое, испещренное красными пятнами; нижняя губа отвисла, борода обрита, под подбородком висит другой подбородок, большой, морщинистый, вроде мешка.
Маврикий Маврикиевич, приземистый плотный человек, с обрюзглым лицом, был чем-то раздражен, каким-то внезапно случившимся беспорядком, сердился и кричал.
Иногда внезапно возникало в воображении чье-то лицо, обрюзглое, жирное, с гнилыми зубами, — и это лицо похотливо смотрело на нее маленькими, отвратительными глазами.
Стоит на трех ногах столишка, огарок шестериковой свечи, самоваришко какой-то; по одну сторону столика сидит, как я догадался, эта тетенька, женщина из лица красная и собой этакая обрюзглая, а на другую сторону — и сама Палагея Ивановна.
У него стало какое-то другое лицо – какое-то немного обрюзглое, немного старое, немного нездоровое, но глаза были тёплые, кожа по-прежнему смуглая, и у него была прежняя боксёрская челюсть.
Пожелтелое, обрюзглое лицо, носящее следы бессонных ночей и дней, проведённых без солнечного света и чистого воздуха, – вот всё, чего достиг своими поисками легковерный инок.
У него стало какое-то другое лицо – какое-то немного обрюзглое, немного старое, немного нездоровое, но глаза были тёплые, кожа по-прежнему смуглая, и у него была прежняя боксёрская челюсть.
Пожелтелое, обрюзглое лицо, носящее следы бессонных ночей и дней, проведённых без солнечного света и чистого воздуха, – вот всё, чего достиг своими поисками легковерный инок.
Теперь же он видел перед собой обрюзглого мужика, который зализывал лысину редкими волосами набок.