Но знаете ли, какая еще неотвязная мысль смущает Домнушку? — Это мысль — во что бы то ни стало приобрести у вас Ворошилово. Разумеется, тогда, когда уж она будет статской советницей и болярыней. Хоть она была вывезена из Ворошилова пятилетком, так что едва ли даже помнит его, но Федосьюшка так много натвердила ей о тамошних"чудесах", что она и
спит и видит поселиться там.
Все истинно-государственные люди были слегка шалунами. Гамбетта — шалун, Бисмарк — шалун. Все рейхс и ландстаги, все парламенты наполнены людьми, которые
спят и видят, как бы пошалить. Отчего же не пошалить и нам с вами?
Неточные совпадения
Вы
видите целую массу обуреваемых жаждою жизни людей
и только удивляетесь храбрости, с которою они рискуют
попасть под колеса конножелезнодорожных вагонов
и скачущих взад
и вперед экипажей.
Если б можно было ходить по улице"не встречаясь", любой из компарсов современной общественной массы шел бы прямо
и не озираясь: но так как жизнь сложна
и чревата всякими встречами, так как"встречи"эти разнообразны
и непредвиденны, да
и люди, которые могут"
увидеть", тоже разнообразны
и непредвиденны, — вот наш компарс
и бежит во все лопатки на другую сторону улицы, рискуя
попасть под лошадей.
Я отсюда
вижу ваше удивление
и слышу ваши упреки. Как, — восклицаете вы, —
и ты, Цезарь (как истая смолянка, вы смешиваете Цезаря с Брутом)!
И ты предпочитаешь бюрократию земству, Сквозника-Дмухановского — Пафнутьеву! Из-за чего же мы волновались
и бредили в продолжение двадцати пяти лет? Из-за чего мы ломали копья, подвергались
опалам и подозрениям?
— А помните, папенька, как вы рассказывали:"идешь, бывало, по улице,
видишь: извозчик
спит; сейчас это лошадь ему разнуздаешь, отойдешь шагов на двадцать да
и крикнешь: извозчик! Ну, он, разумеется, как угорелый. Лошадь стегает, летит… тпру! тпру!.. Что тут смеху-то было!"
Александра Ивановна любила, например, очень подолгу
спать и видела обыкновенно много снов; но сны ее отличались постоянно какою-то необыкновенною пустотой и невинностью, — семилетнему ребенку впору; так вот, даже эта невинность снов стала раздражать почему-то мамашу.
— Пора бы девок-то под венец, — молвил Патап Максимыч, оставшись вдвоем с женой. — У Прасковьи пускай глаза жиром заплыли, не вдруг распознаешь, что в них написано, а погляди-ка на Настю… Мужа так и просит! Поди, чай,
спит и видит…
— Ах, деньги, деньги! — вздыхал о. Христофор, улыбаясь. — Горе с вами! Теперь мой Михайло небось
спит и видит, что я ему такую кучу привезу.
Марья Петровна терпеть не могла, когда к ней лезли с нежностями, и даже целование руки считала хотя необходимою, но все-таки скучною формальностью; напротив того, Сенечка, казалось, только и
спал и видел, как бы влепить мамаше безешку взасос, и шагу не мог ступить без того, чтобы не сказать:"Вы, милая маменька", или:"Вы, добрый друг, моя дорогая маменька".
Неточные совпадения
Но ошибался он: Евгений //
Спал в это время мертвым сном. // Уже редеют ночи тени //
И встречен Веспер петухом; // Онегин
спит себе глубоко. // Уж солнце катится высоко, //
И перелетная метель // Блестит
и вьется; но постель // Еще Евгений не покинул, // Еще над ним летает сон. // Вот наконец проснулся он //
И полы завеса раздвинул; // Глядит —
и видит, что пора // Давно уж ехать со двора.
Я
видел, что она готова
упасть в обморок от страха
и негодования.
Из чего же я хлопочу? Из зависти к Грушницкому? Бедняжка! он вовсе ее не заслуживает. Или это следствие того скверного, но непобедимого чувства, которое заставляет нас уничтожать сладкие заблуждения ближнего, чтоб иметь мелкое удовольствие сказать ему, когда он в отчаянии будет спрашивать, чему он должен верить: «Мой друг, со мною было то же самое,
и ты
видишь, однако, я обедаю, ужинаю
и сплю преспокойно
и, надеюсь, сумею умереть без крика
и слез!»
— Батюшки! — причитал кучер, — как тут усмотреть! Коли б я гнал али б не кричал ему, а то ехал не поспешно, равномерно. Все
видели: люди ложь,
и я то ж. Пьяный свечки не поставит — известно!..
Вижу его, улицу переходит, шатается, чуть не валится, — крикнул одноважды, да в другой, да в третий, да
и придержал лошадей; а он прямехонько им под ноги так
и пал! Уж нарочно, что ль, он аль уж очень был нетверез… Лошади-то молодые, пужливые, — дернули, а он вскричал — они пуще… вот
и беда.
— Нельзя же было кричать на все комнаты о том, что мы здесь говорили. Я вовсе не насмехаюсь; мне только говорить этим языком надоело. Ну куда вы такая пойдете? Или вы хотите предать его? Вы его доведете до бешенства,
и он предаст себя сам. Знайте, что уж за ним следят, уже
попали на след. Вы только его выдадите. Подождите: я
видел его
и говорил с ним сейчас; его еще можно спасти. Подождите, сядьте, обдумаем вместе. Я для того
и звал вас, чтобы поговорить об этом наедине
и хорошенько обдумать. Да сядьте же!