Неточные совпадения
Мера —
в парении чувств и мыслей и
мера —
в предательстве.
Задача довольно трудная, но она будет
в значительной
мере облегчена, ежели мы дисциплинируем язык таким образом, чтобы он лгал самостоятельно, то есть как бы не во рту находясь, а где-нибудь за пазухой.
Но
в то же время было несомненно, что он, по крайней
мере, на две трети налгал.
Однако, чего доброго, вы упрекнете меня
в брюзжании и преувеличениях. Вы скажете, что я нарисовал такую картину жизни,
в которой, собственно говоря, и существовать-то нельзя. Поэтому спешу прибавить, что среди этой жизни встречаются очень хорошие оазисы, которые
в значительной
мере смягчают общие суровые тоны. Один из таких оазисов устроил я сам для себя, а следовательно, и всем прочим не препятствую последовать моему примеру.
Принудительные
меры никогда вожделенных результатов не приносили, а вот ежели пара рябчиков, вместо рубля, будет тридцать копеек стоить, да поросенок до пятидесяти копеек
в цене упадет — вот это настоящее дело будет!
Сначала находил, что пахнет амбре, потом, по
мере того как надежды на «проникновение» померкали, стал относиться к запахам с притворным равнодушием и, наконец, пустился
в почтительное сквернословие.
И вот теперь приходится опять об нем вспоминать, потому что провозглашатели"средостений"и"оздоровлений"почти силком ставят его на очередь. И вновь перед глазами моими, одна за другой, встают картины моей молодости, картины,
в которых контингент действующих лиц
в значительной
мере наполнялся куроцапами. То было время крепостного права, когда мы с вами, молодые, здоровые и довольные, ходили рука
в руку по аллеям парка и трепетно прислушивались к щелканью соловья…
И помнится, что
в числе тогдашних странствующих куроцапов находился и Никанор Дракин или, по крайней
мере, старший его братец.
Во-первых, оно прозевало краеугольные камни, а во-вторых, не приняло соответствующих
мер к ограждению основ [
В сущности, мы с вами давно знаем, что чиновничество наше всегда было по части краеугольных камней слабо.
По крайней
мере, Ноздрев думает, — и я
в этом вполне доверяю его опытности, — что они потому только выкрикивают: наяривай, что вспомнили, как они то же самое слово провозглашали, pro domo sua [
в собственных интересах (лат.)], на конюшнях и псарнях.
— Нынче, сударыня, ежели два родных брата вместе находятся, и один из них не кричит"страх врагам!", так другой уж примечает. А на конках да
в трактирах даже
в полной
мере чистота души требуется.
И по
мере того, как они овладевают юношей, идеал начинает ему представляться
в таком виде: внешним образом признать обязательность свинства, но исподтишка все-таки продолжать прежнюю систему надругательства.
По крайней
мере, я отлично хорошо помню, что, получив свободу ценою поздравительных стихов, я тут же опять начал декламировать"сие мое сочинение"и сделал это с такою искренностью, что начальство только руки развело и решилось оставить меня
в покое.
А знаете ли что — ведь и надворный советник Сенечка тоже без выводов живет. То есть он, разумеется, полагает, что всякий его жест есть глубокомысленнейший вывод, или, по малой
мере, нечто вроде руководящей статьи, но,
в сущности, ай-ай-ай как у него по этой части жидко! Право, такая же разнокалиберщина, как и у нас, грешных.
— Ты, пожалуйста, не смотри на меня, как на дикого зверя. Напротив того, я не только понимаю, но
в известной
мере даже сочувствую… Иногда, после бесконечных утомлений дня, возвращаюсь домой, — и хочешь верь, хочешь нет, но бывают минуты, когда я почти готов впасть
в уныние… И только серьезное отношение к долгу освежает меня… А кроме того, не забудь, что я всего еще надворный советник, и остановиться на этом…
— Тогда бабенька за него замуж бы вышла. Говорят, будто семидесяти лет не позволяют — ну, да ведь
в память Аракчеева… По крайней
мере, повеселилась бы на свадьбе, а то что! Все ходят, словно скованные, по углам, да результатов ждут…
А, наконец,
в крайнем случае, у него остается и еще убежище: чувство негодования, которое тоже,
в известной
мере, может дать содержание человеческому существованию.
Я разом проглотил оба номера, и скажу вам: двойственное чувство овладело мной по прочтении. С одной стороны,
в душе — музыка, с другой — как будто больше чем следует
в ретираде замечтался. И, надо откровенно сознаться, последнее из этих чувств, кажется, преобладает. По крайней
мере, даже
в эту минуту я все еще чувствую, что пахнет, между тем как музыки уж давным-давно не слыхать.
Да и сам Грызунов почти не отходит от Ноздрева, так что я начинаю подозревать, уж не он ли скрывается под псевдонимом"Не верьте мне", подписанным под блестящими экономическими статьями, украшающими"Помои". По крайней
мере, не успел я порядком осмотреться, как Грызунов отвел меня
в сторону и шепнул на ухо...
Тогда произошло нечто изумительное. Во-первых, Ноздрев бросил
в сведущего человека хлебным шариком и попал на No 24. Вышло:"Кто пьет вино с рассуждением, тот может потреблять оное не только без ущерба для собственного здоровья, но и с пользою для казны". Во-вторых, по инициативе Ноздрева же, Мартыну Задеке накрепко завязали глаза, потом налили двадцать рюмок разных сортов водок и поставили перед ним. По команде"пей!" — он выпивал одну рюмку за другой и по
мере выпивания выкликал...
Итак, труды мои пропали даром. Очевидно, помпадур одичал, и так как ему уже перевалило за пятьдесят, то надеяться на какую-либо воспитательную случайность
в будущем представлялось, по малой
мере, бесполезным.
В сей крайности и повинуясь правилам общежития, я ответил ему кратко...
— Дай срок, все
в своем месте объясню. Так вот, говорю: вопрос, которая манера лучше, выдвинулся не со вчерашнего дня. Всегда были теоретики и практики, и всегда шел между ними спор, как пристойнее жизнь прожить: ничего не совершив, но
в то же время удержав за собой право сказать: по крайней
мере, я навозной жижи не хлебнул! или же, погрузившись по уши
в золото,
в виде награды сознавать, что вот, мол, и я свою капельку
в сосуд преуспеянья пролил…
В таком ли виде, например, ты его провидел и ожидал? не потщились ли Букиазба и Твэрдоонто вынуть из него сердцевину или, по крайней
мере, настолько ее атрофировать, чтобы им можно было орудовать на всей своей воле?
Неточные совпадения
Быть можно дельным человеком // И думать о красе ногтей: // К чему бесплодно спорить с веком? // Обычай деспот меж людей. // Второй Чадаев, мой Евгений, // Боясь ревнивых осуждений, //
В своей одежде был педант // И то, что мы назвали франт. // Он три часа по крайней
мере // Пред зеркалами проводил // И из уборной выходил // Подобный ветреной Венере, // Когда, надев мужской наряд, // Богиня едет
в маскарад.
Он был любим… по крайней
мере // Так думал он, и был счастлив. // Стократ блажен, кто предан вере, // Кто, хладный ум угомонив, // Покоится
в сердечной неге, // Как пьяный путник на ночлеге, // Или, нежней, как мотылек, //
В весенний впившийся цветок; // Но жалок тот, кто всё предвидит, // Чья не кружится голова, // Кто все движенья, все слова //
В их переводе ненавидит, // Чье сердце опыт остудил // И забываться запретил!
Конечно, вы не раз видали // Уездной барышни альбом, // Что все подружки измарали // С конца, с начала и кругом. // Сюда, назло правописанью, // Стихи без
меры, по преданью, //
В знак дружбы верной внесены, // Уменьшены, продолжены. // На первом листике встречаешь // Qu’écrirez-vous sur ces tablettes; // И подпись: t. á. v. Annette; // А на последнем прочитаешь: // «Кто любит более тебя, // Пусть пишет далее меня».
Запустить так имение, которое могло бы приносить по малой
мере пятьдесят тысяч годового доходу!» И, не будучи
в силах удержать справедливого негодования, повторял он: «Решительно скотина!» Не раз посреди таких прогулок приходило ему на мысль сделаться когда-нибудь самому, — то есть, разумеется, не теперь, но после, когда обделается главное дело и будут средства
в руках, — сделаться самому мирным владельцем подобного поместья.
Вместо вопросов: «Почем, батюшка, продали
меру овса? как воспользовались вчерашней порошей?» — говорили: «А что пишут
в газетах, не выпустили ли опять Наполеона из острова?» Купцы этого сильно опасались, ибо совершенно верили предсказанию одного пророка, уже три года сидевшего
в остроге; пророк пришел неизвестно откуда
в лаптях и нагольном тулупе, страшно отзывавшемся тухлой рыбой, и возвестил, что Наполеон есть антихрист и держится на каменной цепи, за шестью стенами и семью морями, но после разорвет цепь и овладеет всем миром.