Молодой тайный советник Стрекоза, который ожидал к празднику Белого Орла, а
получил корону на святыя Анны и в знак фрондерства отправлялся вояжировать; адвокат, который был обижен тем, что его не пригласили по овсянниковскому делу ни для судоговорения, ни даже на побегушки; седенький старичок с Владимиром на шее, маленький, съёженный, подергивающийся, с необыкновенно густыми и черными бровями, которые, при каждом душевном движении, становились дыбом, и должно быть, очень злой; наконец, какая-то таинственная личность в восточном костюме, вроде халата из термаламы, и с ермолкой на голове.
Как скоро я достигну цели, как скоро
получу корону, — писала она, — я немедленно войду в сношения с римским двором и приложу все старания, чтобы подчинить народ мой святейшему отцу.
Неточные совпадения
— Куда! Бог с тобой! Еще нынешний год
корону надо
получить; думал, за отличие представят, а теперь новую должность занял: нельзя два года сряду…
Государыня заметила, что не под монархическим правлением угнетаются высокие, благородные движенья души, не там презираются и преследуются творенья ума, поэзии и художеств; что, напротив, одни монархи бывали их покровителями; что Шекспиры, Мольеры процветали под их великодушной защитой, между тем как Дант не мог найти угла в своей республиканской родине; что истинные гении возникают во время блеска и могущества государей и государств, а не во время безобразных политических явлений и терроризмов республиканских, которые доселе не подарили миру ни одного поэта; что нужно отличать поэтов-художников, ибо один только мир и прекрасную тишину низводят они в душу, а не волненье и ропот; что ученые, поэты и все производители искусств суть перлы и бриллианты в императорской
короне: ими красуется и
получает еще больший блеск эпоха великого государя.
Объяснялось это тем, что будто бы у светлейшего было желание
получить польскую
корону, а по польским законам королем мог быть гражданин и подданный этого государства.
Из мужчин был предводитель, которого мы когда-то встретили у князя и который в последнее время, воспылавши нестерпимым желанием
получить Анну с
короною на шею, сильно заискивал в губернаторе и торчал у него обыкновенно с утра до ночи, когда только его пускали.
Получили они все это большею частью от людей, принадлежащих к настоящей или поддельной финансовой аристократии, и потому весьма понятно, что взгляды и понятия их покровителей легко прививаются и к ним, а идеалами их являются все эти титулы,
короны и связанная с ними роскошь.