Неточные совпадения
— Я уж на
что глуп, — сказал он, — а вы еще глупее меня! Разве щука сидит на яйцах? или можно разве вольную реку толокном месить? Нет, не головотяпами
следует вам называться, а глуповцами! Не хочу я володеть вами, а ищите вы себе такого князя, какого нет в свете глупее, — и тот будет володеть вами!
Глуповцы ужаснулись. Припомнили генеральное сечение ямщиков, и вдруг всех озарила мысль: а ну, как он этаким манером целый город выпорет! Потом стали соображать, какой смысл
следует придавать слову «не потерплю!» — наконец прибегли к истории Глупова, стали отыскивать в ней примеры спасительной градоначальнической строгости, нашли разнообразие изумительное, но ни до
чего подходящего все-таки не доискались.
Он по очереди обошел всех обывателей и хотя молча, но благосклонно принял от них все,
что следует.
[Ныне доказано,
что тела всех вообще начальников подчиняются тем же физиологическим законам, как и всякое другое человеческое тело, но не
следует забывать,
что в 1762 году наука была в младенчестве.
Выслушав показание Байбакова, помощник градоначальника сообразил,
что ежели однажды допущено, чтобы в Глупове был городничий, имеющий вместо головы простую укладку, то, стало быть, это так и
следует. Поэтому он решился выжидать, но в то же время послал к Винтергальтеру понудительную телеграмму [Изумительно!! — Прим. издателя.] и, заперев градоначальниково тело на ключ, устремил всю свою деятельность на успокоение общественного мнения.
Но к полудню слухи сделались еще тревожнее. События
следовали за событиями с быстротою неимоверною. В пригородной солдатской слободе объявилась еще претендентша, Дунька Толстопятая, а в стрелецкой слободе такую же претензию заявила Матренка Ноздря. Обе основывали свои права на том,
что и они не раз бывали у градоначальников «для лакомства». Таким образом, приходилось отражать уже не одну, а разом трех претендентш.
Все единодушно соглашались,
что крамолу
следует вырвать с корнем и для начала прежде всего очистить самих себя.
Cемен Константинович Двоекуров градоначальствовал в Глупове с 1762 по 1770 год. Подробного описания его градоначальствования не найдено, но, судя по тому,
что оно соответствовало первым и притом самым блестящим годам екатерининской эпохи,
следует предполагать,
что для Глупова это было едва ли не лучшее время в его истории.
На этот призыв выходит из толпы парень и с разбега бросается в пламя. Проходит одна томительная минута, другая. Обрушиваются балки одна за другой, трещит потолок. Наконец парень показывается среди облаков дыма; шапка и полушубок на нем затлелись, в руках ничего нет. Слышится вопль:"Матренка! Матренка! где ты?" — потом
следуют утешения, сопровождаемые предположениями,
что, вероятно, Матренка с испуга убежала на огород…
— Вам бы
следовало корабли заводить, кофей-сахар разводить, — сказал он, — а вы
что!
В этой крайности Бородавкин понял,
что для политических предприятий время еще не наступило и
что ему
следует ограничить свои задачи только так называемыми насущными потребностями края. В числе этих потребностей первое место занимала, конечно, цивилизация, или, как он сам определял это слово,"наука о том, колико каждому Российской Империи доблестному сыну отечества быть твердым в бедствиях надлежит".
Как истинный администратор он различал два сорта сечения: сечение без рассмотрения и сечение с рассмотрением, и гордился тем,
что первый в ряду градоначальников ввел сечение с рассмотрением, тогда как все предшественники секли как попало и часто даже совсем не тех, кого
следовало.
И вдруг затрубила труба и забил барабан. Бородавкин, застегнутый на все пуговицы и полный отваги, выехал на белом коне. За ним
следовал пушечный и ружейный снаряд. Глуповцы думали,
что градоначальник едет покорять Византию, а вышло,
что он замыслил покорить их самих…
На третий день сделали привал в слободе Навозной; но тут, наученные опытом, уже потребовали заложников. Затем, переловив обывательских кур, устроили поминки по убиенным. Странно показалось слобожанам это последнее обстоятельство,
что вот человек игру играет, а в то же время и кур ловит; но так как Бородавкин секрета своего не разглашал, то подумали,
что так
следует"по игре", и успокоились.
Только тогда Бородавкин спохватился и понял,
что шел слишком быстрыми шагами и совсем не туда, куда идти
следует. Начав собирать дани, он с удивлением и негодованием увидел,
что дворы пусты и
что если встречались кой-где куры, то и те были тощие от бескормицы. Но, по обыкновению, он обсудил этот факт не прямо, а с своей собственной оригинальной точки зрения, то есть увидел в нем бунт, произведенный на сей раз уже не невежеством, а излишеством просвещения.
Что происходит в тех слоях пучины, которые
следуют непосредственно за верхним слоем и далее, до самого дна? пребывают ли они спокойными, или и на них производит свое давление тревога, обнаружившаяся в верхнем слое? — с полною достоверностью определить это невозможно, так как вообще у нас еще нет привычки приглядываться к тому,
что уходит далеко вглубь.
Прежде нежели начать доказывать, надобно еще заставить себя выслушать, а как это сделать, когда жалобщик самого себя не умеет достаточно убедить,
что его не
следует истреблять?
— Это значит,
что следует поклониться Парамону Мелентьичу! — подсказала Пфейферша.
Существенные результаты такого учения заключались в следующем: 1)
что работать не
следует; 2) тем менее надлежит провидеть, заботиться и пещись [Пещи́сь — заботиться, опекать.] и 3)
следует возлагать упование и созерцать — и ничего больше.
Основные начала ее учения были те же,
что у Парамоши и Яшеньки, то есть,
что работать не
следует, а
следует созерцать."
Таково начало летописного рассказа, и хотя далее
следует перерыв и летописец уже не возвращается к воспоминанию о картине, но нельзя не догадываться,
что воспоминание это брошено здесь недаром.
Ему было ясно одно:
что перед глазами его дремучий лес и
что следует с этим лесом распорядиться.
Ибо желать
следует только того,
что к достижению возможно; ежели же будешь желать недостижимого, как, например, укрощения стихий, прекращения течения времени и подобного, то сим градоначальническую власть не токмо не возвысишь, а наипаче сконфузишь.