Нельзя думать, чтобы «Летописец» добровольно допустил такой важный биографический пропуск в истории родного города; скорее должно предположить, что преемники Двоекурова с умыслом уничтожили его биографию, как представляющую свидетельство слишком явного либерализма и могущую послужить для исследователей нашей старины соблазнительным поводом к отыскиванию конституционализма даже там, где, в сущности, существует лишь принцип свободного сечения.
С полною достоверностью отвечать на этот вопрос, разумеется, нельзя, но если позволительно допустить в столь важном предмете догадки, то можно предположить одно из двух: или что в Двоекурове, при немалом его росте (около трех аршин), предполагался какой-то особенный талант (например, нравиться женщинам), которого он не оправдал, или что на него было возложено поручение, которого он, сробев, не выполнил.
Как бы то ни было, но деятельность Двоекурова в Глупове была, несомненно, плодотворна. Одно то, что он ввел медоварение и пивоварение и сделал обязательным употребление горчицы и лаврового листа, доказывает, что он был по прямой линии родоначальником тех смелых новаторов, которые спустя три четверти столетия вели войны во имя картофеля. Но самое важное дело его градоначальствования — это, бесспорно, записка о необходимости учреждения в Глупове академии.
Какой из этих двух вариантов заслуживает большего доверия — решить трудно; но справедливость требует сказать, что атрофирование столь важного органа, как голова, едва ли могло совершиться в такое короткое время.
Посему, находя, что все ныне существующие мундиры лишь в слабой степени удовлетворяют этой важной цели, я полагал бы необходимым составить специальную на сей предмет комиссию, которой и препоручить начертать план градоначальнического мундира.
Мы уже сделали очень важное дело – отказались от мысли, что мы этого не умеем. Мы уже настроили себя так, будто для нас вообще нет никаких ограничений.
Диспозитивность регулирования семейных отношений проявляется в том, что законодатель наделяет граждан некоторой самостоятельностью при решении наиболее важных вопросов, связанных с удовлетворением потребностей семьи.
Мы уже сделали очень важное дело – отказались от мысли, что мы этого не умеем. Мы уже настроили себя так, будто для нас вообще нет никаких ограничений.
– Не только поэтому. У меня было много очень важных дел. Но теперь я буду приезжать к вам чаще. Обещаю!
Диспозитивность регулирования семейных отношений проявляется в том, что законодатель наделяет граждан некоторой самостоятельностью при решении наиболее важных вопросов, связанных с удовлетворением потребностей семьи.