Неточные совпадения
Везде, где присутствуют науки, должны оказывать свою власть и де сиянс академии. А как в науках главнейшую важность составляют
не столько самые науки, сколько действие, ими на партикулярных людей производимое, то из сего прямо явствует, что ни один обыватель
не должен мнить себя от ведомства де сиянс академии свободным. Следственно, чем менее ясны будут
границы сего ведомства, тем лучше, ибо нет ничего для начальника обременительнее, как ежели он
видит, что пламенности его положены пределы.
Заняв во всех банках (вся Россия в то время была, как тенетами, покрыта банками, так что ни одному зайцу
не было надежды проскочить,
не попав головой в одну из петель) более миллиона рублей, он бежал за
границу, но в Гамбурге был поймай в ту самую минуту, как садился на отправлявшийся в Америку пароход, и теперь томится в остроге (присяжные заседатели
видели в этом происшествии перст божий).
Неточные совпадения
— Да я и строений для этого
не строю; у меня нет зданий с колоннами да фронтонами. Мастеров я
не выписываю из-за
границы. А уж крестьян от хлебопашества ни за что
не оторву. На фабриках у меня работают только в голодный год, всё пришлые, из-за куска хлеба. Этаких фабрик наберется много. Рассмотри только попристальнее свое хозяйство, то
увидишь — всякая тряпка пойдет в дело, всякая дрянь даст доход, так что после отталкиваешь только да говоришь:
не нужно.
Вы уже
видите гнездо злого духа между неприступными утесами, —
не тут-то было: название Чертовой долины происходит от слова «черта», а
не «черт», ибо здесь когда-то была
граница Грузии.
Никуда мне
не хотелось, а за
границу Марфа Петровна и сама меня раза два приглашала,
видя, что я скучал!
А она, по самолюбивой застенчивости, долго
не давала угадывать себя, и только после мучительной борьбы за
границей он с изумлением
увидел, в какой образ простоты, силы и естественности выросло это многообещавшее и забытое им дитя. Там мало-помалу открывалась перед ним глубокая бездна ее души, которую приходилось ему наполнять и никогда
не наполнить.
Гордость заиграла в нем, засияла жизнь, ее волшебная даль, все краски и лучи, которых еще недавно
не было. Он уже
видел себя за
границей с ней, в Швейцарии на озерах, в Италии, ходит в развалинах Рима, катается в гондоле, потом теряется в толпе Парижа, Лондона, потом… потом в своем земном раю — в Обломовке.