по произведению «Дневник провинциала в Петербурге» (Салтыков-Щедрин М. Е., 1872) искать по всей классике
Область поиска
«Дневник провинциала в Петербурге» (Салтыков-Щедрин М. Е., 1872) по всей классике
— Ну, брат, уж нечего тут очки-то вставлять! — ораторствовал Прокоп, уж всякому ведь известно, как ты дядю-то мертвого под постель спрятал, а на место его другого в колпаке под одеяло положил! Чтобы свидетели, значит, под завещанием подписались, что покойник, дескать, в здравом уме и твердой памяти… Штукарь ведь ты!
Ни взлома, ни словоохотливой любовницы, ни даже глупой родственницы, которая иначе не помирилась бы, как на подложном завещании, и потом стала бы этим завещанием его же, Прокопа, всю жизнь шпиговать!
Предложения из русской классики со словом «завещание»
Я тебе говорю десятый раз, что ежели письмо к государю и завещание в пользу Пьера есть в бумагах графа, то ты, моя голубушка, и с сестрами, не наследница.
Глеб — он жаден был — соблазняется: Завещание сожигается! На десятки лет, до недавних дней Восемь тысяч душ закрепил злодей, С родом, с племенем; что народу-то! Что народу-то! с камнем в воду-то! Все прощает Бог, а Иудин грех Не прощается. Ой мужик! мужик! ты грешнее всех, И за то тебе вечно маяться!
Потрясенная старуха Кате обрадовалась, как родной дочери, как звезде спасения, накинулась на нее, переделала тотчас завещание в ее пользу, но это в будущем, а пока теперь, прямо в руки, — восемьдесят тысяч, вот тебе, мол, приданое, делай с ним что хочешь.
Сестра считала, что брат слишком доверчив, идеализируя подругу, которая только притворяется влюблённой, чтобы он не забывал о ней, когда придёт время составлять завещание.
Ещё он брался за заказы несчастных родственников, чей безвременно усопший дядюшка, обладая чёрным юмором, от чего-то вдруг забывал оставить завещание, или, вовсе, дарил наследство посторонним людям.
Книга — это духовное завещание одного поколения другому, совет умирающего старца юноше, начинающему жить, приказ, передаваемый часовым, отправляющимся на отдых, часовому, заступающему его место.
Сестра считала, что брат слишком доверчив, идеализируя подругу, которая только притворяется влюблённой, чтобы он не забывал о ней, когда придёт время составлять завещание.
Ещё он брался за заказы несчастных родственников, чей безвременно усопший дядюшка, обладая чёрным юмором, от чего-то вдруг забывал оставить завещание, или, вовсе, дарил наследство посторонним людям.
Перед выступлением в поход флибустьеры обыкновенно составляли духовные завещания.